Зализняк, Андрей Анатольевич

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Андрей Анатольевич Зализняк

А. А. Зализняк во время лекции о берестяных грамотах из раскопок 2008 года
Дата рождения:

29 апреля 1935(1935-04-29) (87 лет)

Место рождения:

Москва, СССР

Страна:

СССР СССР
Россия Россия

Научная сфера:

лингвистика

Место работы:

Институт славяноведения РАН

Альма-матер:

Филологический факультет МГУ, Сорбонна

Научный руководитель:

Андре Мартине

Известные ученики:

Литвина, Анна Феликсовна

Известен как:

создатель системы русского словоизменения

Награды и премии:
Демидовская премия (1997)
Большая золотая медаль имени М. В. Ломоносова (2007)
Государственная премия Российской Федерации (2007)

другие награды

Андре́й Анато́льевич Зализня́к (род. 29 апреля 1935, Москва) — советский и российский лингвист[1][2], академик Российской академии наук по Секции литературы и языка Отделения истории и филологии (1997), доктор филологических наук (1965, при защите кандидатской диссертации[3]). Лауреат Государственной премии России 2007 года. Награждён Большой золотой медалью имени Ломоносова Российской академии наук (2007).





Биография

Родился в 1935 году в семье инженера Анатолия Андреевича Зализняка и химика Татьяны Константиновны Крапивиной[4].

В 1958 году окончил филологический факультет Московского государственного университета (МГУ) (романо-германское отделение), учился в Сорбонне у французского структуралиста Андре Мартине.

Преподавал и преподаёт на филологическом факультете МГУ (в основном на Отделении теоретической и прикладной лингвистики), а также в Экс-ан-Прованском, Парижском (Нантер) и Женевском университетах.

С 1987 — член-корреспондент АН СССР, с 1997 — академик РАН.

Главный научный сотрудник Отдела типологии и сравнительного языкознания Института славяноведения РАН.

Жена Зализняка Е. В. Падучева и дочь Анна Зализняк — также известные языковеды.

Вклад в науку

Синхронное описание русской морфологии

Первая монография А. А. Зализняка — «Русское именное словоизменение» (1967) представляла собой опыт последовательного алгоритмического описания склонения существительных, прилагательных, местоимений и числительных в русском языке в его письменной форме. В работе затронуты важные теоретические проблемы морфологии, даны строгие определения понятий «словоформа», «грамматическое значение», «грамматическая категория», «грамматический разряд», «согласовательный класс», «род», «акцентная парадигма» и др. О грамматических категориях падежа, числа, рода и согласовательного класса А. А. Зализняком написаны специальные статьи, где эти явления рассматриваются и с типологической точки зрения.

Опыт был накоплен во время составления «Русско-французского словаря», вышедшего в 1961 году. Для удобного использования словаря иностранцами к словарю был приложен «Краткий очерк русского словоизменения», устанавливающий основные схемы склонения и спряжения, включающий удобную индексацию для каждого слова[5].

Продолжением идеологии «Русского именного словоизменения» стал классический «Грамматический словарь русского языка» (1977, 4-е изд. 2003[5]), где для 100 тыс. слов русского языка указана точная модель словоизменения (и предложена классификация самих этих моделей). Словарь, составленный А. А. Зализняком вручную, стал основой практически для всех компьютерных программ автоматического морфологического анализа (в том числе в информационном поиске, в машинном переводе и т. п.). Эти идеи также используются в русском Викисловаре[6] для описания морфологии русских существительных, прилагательных, глаголов, местоимений и числительных.

Монография А. А. Зализняка и его важнейшие работы по общей и русской морфологии были переизданы в книге: А. А. Зализняк. «Русское именное словоизменение» с приложением избранных работ по современному русскому языку и общему языкознанию. М.: Языки русской культуры, 2002.

Берестяные грамоты и древненовгородский диалект

С 1982 года А. А. Зализняк ведёт систематическую работу по изучению языка берестяных грамот, как уже известных, так и вновь обнаруживаемых в ходе раскопок. Он является соавтором издания «Новгородские грамоты на бересте» — тома VIII (1986), IX (1993), X (2000), XI (2004). В этих томах опубликованы его работы, посвящённые выявлению специфических особенностей древненовгородского диалекта, его отличиям от наддиалектного древнерусского языка, орфографии и палеографии берестяных грамот, методике их датирования. Обобщающим трудом А. А. Зализняка в этой области стала книга «Древненовгородский диалект» (1995; 2-е изд. 2004), где представлен грамматический очерк древненовгородского диалекта и даны с лингвистическим комментарием (более подробным, чем в издании[каком?]) тексты практически всех берестяных грамот.

В 2000 г. при раскопках в Великом Новгороде была обнаружена древнейшая книга Руси — Новгородский кодекс. А. А. Зализняк с тех пор занимается чрезвычайно трудной реконструкцией «скрытых» текстов этого «гиперпалимпсеста» и в своих статьях выявляет интересные сведения о первых годах христианства на Руси, так как в кодексе заключаются неизвестные до сих пор еретические тексты. См.: «[krotov.info/lib_sec/08_z/zal/iznyak4.htm Проблемы изучения Новгородского кодекса XI века, найденного в 2000 г.]» (2003).

Изучение языка берестяных грамот позволило А. А. Зализняку обнаружить ранее неизвестные строгие закономерности расстановки энклитик в древнерусском языке, восходящие к действовавшему в древних индоевропейских языках закону Ваккернагеля. Итог этим исследованиям был подведен книгой «Древнерусские энклитики» (2008).

«Слово о полку Игореве»

Работа «Слово о полку Игореве: взгляд лингвиста» (2004, 2-е изд. 2007, 3-е изд., дополненное, 2008) посвящена неоднократно дискутировавшемуся вопросу о подлинности или поддельности «Слова о полку Игореве». С этой точки зрения рассматривается язык памятника. А. А. Зализняк показывает, что гипотетический фальсификатор XVIII века для того, чтобы создать текст «Слова», должен был владеть огромным количеством точных знаний, полученных наукой о языке уже в XIXXX веках. Критически рассмотрены лингвистические аргументы против подлинности «Слова», выдвигавшиеся различными авторами. Общий вывод Зализняка: вероятность поддельности «Слова» исчезающе мала.

Индоевропеистика и история языкознания

Грамматический очерк о санскрите (в составе «Санскритско-русского словаря» В. А. Кочергиной, 1978; 3-е изд. 2005)

О «Мемуаре» Ф. де Соссюра // Ф. де Соссюр. Труды по языкознанию. М., 1977, с. 289—301.

Популяризация науки

А. А. Зализняк известен своими популярными лекциями по исследованиям древнерусских берестяных грамот[7], а также лекциями общего плана «Об исторической лингвистике»[8] и рядом лекций о «любительской лингвистике»[9][10][11], в которых он подверг критике идеи маргинальной лингвистики (особенно в работах А. Т. Фоменко по «Новой хронологии») как дилетантские и построенные на примитивных ассоциациях.

Отзывы

Философ, востоковед и филолог А. М. Пятигорский отзывался об А. А. Зализняке как о «человеке, который переоткрыл русский язык, который переписал всё, что мы знали о русском языке» и считал его лучшим современным русским лингвистом: «Ну он, вы понимаете, просто гений, вот и всё»[12].

Награды

Список трудов

Монографии и словари

  • «Краткий русско-французский учебный словарь». — М.: Госуд. изд-во словарей, 1961. Изд. 2-е, испр. и доп. — М.: Советская энциклопедия, 1964. Изд. 3-е, испр. и доп. — М.: Госуд. изд-во словарей, 1969. Изд. 4-е, испр. и доп. — М.: Русский язык, 1978.
  • Зализняк А. А. Русское именное словоизменение. — М.: Наука, 1967.
  • Зализняк А. А. Грамматический словарь русского языка. Словоизменение. — М., 1977. Изд. 2-е, испр. и доп. — М.: Русский язык, 1980. Изд. 3-е. — М.: Русский язык, 1987. Изд. 4-е, испр. и доп. — М.: Русские словари, 2003. Изд. 5-е, испр. — М.: Аст-пресс, 2008.
  • Зализняк А. А. От праславянской акцентуации к русской. — М.: Наука, 1985.
  • Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1977—1983 гг.). Комментарии и словоуказатель к берестяным грамотам (Из раскопок 1951—1983 гг.). — М.: Наука, 1986. [Соавт. В. Л. Янин]
  • «Мерило Праведное» XIV века как акцентологический источник. — Muenchen: Otto Sagner, 1990 (=Slavistische Beitrage, Bd.266)
  • Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1984—1989 гг.). — М.: Наука, 1993. [Соавт. В. Л. Янин]
  • Зализняк А. А. Древненовгородский диалект. — М.: Школа «Языки русской культуры», 1995. Изд. 2-е, переработанное с учётом материала находок 1995—2003 гг. — М.: Языки славянской культуры, 2004.
  • Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1990—1996 гг.). Палеография берестяных грамот и их внестратиграфическое датирование. — Том X. — М, 2000. [Соавт. В. Л. Янин]
  • Зализняк А. А. «Русское именное словоизменение» с приложением избранных работ по современному русскому языку и общему языкознанию. — М.: Языки славянской культуры, 2002.
  • Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1997—2000 гг.). — Т.XI. — М.: Русские словари, 2004 [Соавт.: В. Л. Янин, А. А. Гиппиус]
  • Зализняк А. А. Древнерусские энклитики. — М.: Языки славянских культур, 2008.
  • Зализняк А. А. Из заметок о любительской лингвистике. — М.: Русскій Миръ, 2010. — 240 стр. (Серия: Литературная премия Александра Солженицына) ISBN 978-5-89577-132-7.
  • Зализняк А. А. Труды по акцентологии. Том I. — М.: Языки славянских культур, 2010. Том II. Древнерусский и старовеликорусский акцентологический словарь-указатель (XIV—XVII вв). — М.: Языки славянских культур, 2011.
Слово о полку Игореве
  • Зализняк А. А. «Слово о полку Игореве»: взгляд лингвиста / Институт славяноведения РАН. — Изд. 3-е, доп. — М.: Рукописные памятники Древней Руси, 2008. — 480 с. — (Studia philologica. Series minor). — 1000 экз. — ISBN 978-5-9551-0261-0. (в пер.)

Статьи

  • О понимании термина «падеж» в лингвистических описаниях. I //Проблемы грамматического моделирования. — М.: Наука, 1973. — С. 53-87.
  • К типологии относительного предложения // Семиотика и информатика. Вып.6: Грамматические и семиотические проблемы. — М.: Изд-во ВИНИТИ, 1975. — С. 51-101. [Соавт.: Е. В. Падучева]
  • Грамматический очерк санскрита // Приложение к: В. А. Кочергина. Санскритско-русский словарь. — М., 1978. — С. 785—895.
  • Акцентологическая система древнерусской рукописи XIV века «Мерило Праведное» // Славянское и балканское языкознание: История литературных языков и письменность. — М.: Наука, 1979. — С. 47-128.
  • Противопоставление относительных и вопросительных местоимений в древнерусском // Балто-славянские исследования 1980. — М.: Наука, 1981. — С. 89-107.
  • Противопоставление книжных и «бытовых» графических систем в древнем Новгороде // Finitis duodecim lustris: Сборник статей к 60-летию проф. Ю. М. Лотмана. — Таллин: Ээсти раамат, 1982. — С. 82-85.
  • Наблюдения над берестяными грамотами // История русского языка в древнейший период. (Вопросы исторического языкознания. Вып. 5). — М.: МГУ, 1984. — С. 36-153.
  • О языковой ситуации в древнем Новгороде // Russian Linguistics. — V. 11. −1987. — № 2-3. — P. 115—132.
  • Древненовгородское койне // Балто-славянские исследования 1986. — М.: Наука, 1988. — С. 164—177.
  • Перенос ударения на проклитики в старовеликорусском // Историческая акцентология и сравнительно-исторический метод. — М.: Наука, 1989. — С. 116—134.
  • О некоторой связи между значением и ударением у русских прилагательных // Славянское и балканское языкознание: Просодия. — М.: Наука, 1989. — С. 148—164.
  • Огосподинъ // Вопросы кибернетики: Язык логики и логика языка. — М., 1990. — С. 6-25.
  • Об одном употреблении презенса совершенного вида («презенс напрасного ожидания») // Metody formalne w opisie języków słowiańskich / Red. Z. Saloni. — Białystok, 1990. — С. 109—114.
  • Падение редуцированных по данным берестяных грамот // Русистика сегодня: Функционирование языка: лексика и грамматика. — М., 1992. — С. 82-105.
  • Участие женщин в древнерусской переписке на бересте // Русская духовная культура / Под ред. Луиджи Магаротто и Даниелы Рицци. Департамент Истории Европейской цивилизации. Университет Тренто (La cultura spirituale russa. A cura di Luigi Magarotto e Daniela Rizzi. Departimento di storia della civiltà Europea. Testi e ricerche. № 11). — 1992. — E. 127—146.
  • Об одном ранее неизвестном рефлексе сочетаний типа *TъrT в древненовгородском диалекте // Балто-славянские исследования 1988—1996. — М., 1997. — С. 250—258.
  • Новгородский кодекс первой четверти XI в. — древнейшая книга Руси // Вопросы языкознания. — 2001. — № 5. — С. 3-25.
  • Принципы полемики по А. Т. Фоменко // История и антиистория. Критика «новой хронологии» академика А. Т. Фоменко. Анализ ответа А. Т. Фоменко. — М., 2001. — С. 546—556.
  • Подпись Анны Ярославны и вопрос о некнижном письме в древней Руси // Антропология культуры: К 75-летию Вячеслава Всеволодовиича Иванова. — М., 2005. — С. 139—147.
  • Связь отглагольных существительных на -ние, -тие с глагольным видом // Terra Balcanica. Terra Slavica: К юбилею Татьяны Владимировны Цивьян. (Балканские чтения; 9). — М. 2007. — С. 43-51.
  • Из наблюдений над языком Афанасия Никитина // Miscellania Slavica. Сборник статей к 70-летию Б. А. Успенского. — М.: Индрик, 2008. — С. 150—163.

Напишите отзыв о статье "Зализняк, Андрей Анатольевич"

Примечания

  1. [www.gramota.ru/lenta/news/8_2533 К юбилею Андрея Анатольевича Зализняка]
  2. [archive.kremlin.ru/articles/intevents4b.shtml Государственная премия Российской Федерации 2007 года в области науки и технологий присуждена Зализняку Андрею Анатольевичу за выдающийся вклад в развитие лингвистики]
  3. [www.rfbr.ru/default.asp?section_id=81 Газета РФФИ «Поиск»]. 1998. № 1-2 (недоступная ссылка с 19-07-2015 (2540 дней))
  4. [bg.ru/society/tatyana_krapivina-8935/ Татьяна Крапивина]. Большой Город (10 августа 2011). Проверено 7 января 2013. [www.webcitation.org/6Dew7c0aW Архивировано из первоисточника 14 января 2013].
  5. 1 2 [elementy.ru/lib/430463/430465 А. А. Зализняк: «Истина существует, и целью науки является её поиск»]
  6. Использование словаря Зализняка в Викисловаре
  7. [www.polit.ru/lectures/2006/11/30/zalizniak.html Лекция Андрея Зализняка]. «Публичные лекции «Полит.ру» (30 ноября 2006). Проверено 23 февраля 2011. [www.webcitation.org/61A52Wjzu Архивировано из первоисточника 24 августа 2011].
  8. [elementy.ru/lib/430714 Об исторической лингвистике]
  9. А.Зализняк. [www.nkj.ru/archive/articles/15245/?phrase_id=3178648 О профессиональной и любительской лингвистике]. ж. Наука и жизнь, №1 (2009). — часть 1.
  10. А.Зализняк. [www.nkj.ru/archive/articles/15352/?phrase_id=3178648 О профессиональной и любительской лингвистике]. ж. Наука и жизнь, №2 (2009). — часть 2.
  11. А.Зализняк. [www.polit.ru/news/2010/05/29/zaliznyak_live.html Что такое любительская лингвистика]. polit.ru (28 мая 2010). — Публичная лекция в Большом зале Политехнического музея. [www.webcitation.org/61A55zHT2 Архивировано из первоисточника 24 августа 2011].
  12. Орлова О., Волович М. [elementy.ru/lib/430491 Александр Пятигорский: «Ценность философии в том, что она никому не нужна»]. «Научно-популярный проект „Элементы“». Проверено 12 мая 2015. [web.archive.org/web/20071011053544/elementy.ru/lib/430491 Архивировано из первоисточника 11 октября 2007].
  13. [massmedia.msu.ru/newspaper/newspaper/4250/all/rodom.htm Газета «Московский Университет», № 19 (4250), июнь 2008]
  14. [ras.ru/news/shownews.aspx?id=2aa8a27d-5707-4dd7-89d0-ed493b50ad26 Состоялось очередное заседание Президиума РАН 23 июня 2015]

Ссылки

  • [www.ras.ru/win/db/show_per.asp?P=.id-2579.ln-ru Профиль Андрея Анатольевича Зализняка] на официальном сайте РАН
  • [www.inslav.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=139:2009-12-21-16-34-20&catid=12:2009-08-05-10-49-56&Itemid=22 А. А. Зализняк на сайте Института славяноведения РАН]
  • [rian.ru/spravka/20080612/110274050.html Андрей Анатольевич Зализняк. Биографическая справка]
  • [inslav.ru/zalizniak80/ Сайт к 80-летию А. А. Зализняка]
  • Успенский В. А. [magazines.russ.ru/novyi_mi/2007/8/us14.html О русском языке, о дешифровке древних текстов, о «Слове». Речь при вручении 16 мая 2007 года премии Александра Солженицына А. А. Зализняку] // Новый мир. — 2007. — № 8.
  • [rian.ru/science/20071219/93148250.html Академик Зализняк почти уверен в подлинности «Слова о полку Игореве» (19.12.2007)]
  • [rian.ru/science/20080930/151712899.html Академик Зализняк расшифровал древнерусское заклинание (30.09.2008)]

Избранные работы

  • [starling.rinet.ru/cgi-bin/main.cgi?flags=eygtmnl Грамматический словарь русского языка (электронная версия, адаптация одного из изданий)]
  • [hbar.phys.msu.ru/gorm/fomenko/zaliznk.htm А. А. Зализняк «Лингвистика по А. Т. Фоменко»]
  • [mi.mathnet.ru/umn288 А. А. Зализняк «Лингвистика по А. Т. Фоменко», УМН, 55:2(332) (2000), 162—188 ]
  • [www.historia.ru/2008/01/slovo.htm А. А. Зализняк. Проблема подлинности «Слова о полку Игореве»]

Выступления и лекции

  • [www.mathnet.ru/person9125 Подборка лекций А. А. Зализняка] на портале Math-Net.ru (видео)
  • [www.youtube.com/playlist?list=PLICGgevkewpLM-qVVuD6CCs6kFJPztdYe Подборка интервью и лекций А. А. Зализняка] на YouTube (видео)
  • [www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=f9737a33-2729-4ff0-992f-b82e2a400b42&_Language=ru Доклад лауреата Большой золотой медали им. М. В. Ломоносова академика А. А. Зализняка на Общем заседании РАН (29 мая 2008 г.)]
  • [public-initiative.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=1353:-q-q-28-2010-&catid=50:2009-11-19-21-12-14&Itemid=191#JOSC_TOP Лекция Андрея Зализняка «Что такое любительская лингвистика» 28 мая 2010 г.] (видео)
  • [elementy.ru/lib/430704 Берестяные «окна» в прошлое. Лекция. А. А. Зализняка о новгородских находках 2008 года]
  • [elementy.ru/lib/430720 Лекция А. А. Зализняка «О профессиональной и любительской лингвистике»]
  • [elementy.ru/lib/431350 Лекция А. А. Зализняка «О языке древней Индии»]
  • [www.youtube.com/watch?v=oXR-DXQTcvU «Берестяные грамоты». 1-я лекция] — передача «ACADEMIA» (2011)
  • [www.youtube.com/watch?v=sCqfbzSyrc8 «Берестяные грамоты». 2-я лекция] — передача «ACADEMIA» (2011)
  • [www.youtube.com/watch?v=uzzjnpPmEDQ Андрей Зализняк. История русского языка, 30 мая 2014 г.] (видео)
  • [arzamas.academy/mag/142-zaliznyak Зализняк и берестяные грамоты: репортаж с лекции в МГУ, 1 октября 2015 г. (с видео)]

Литература

  • Крылов С. А. «Русское именное словоизменение» А. А. Зализняка тридцать лет спустя: опыт ретроспективной рецензии // Зализняк А. А. «Русское именное словоизменение» с приложением избранных работ по современному русскому языку и общему языкознанию. — М.: Языки славянской культуры, 2002. — С. 699—748.
  • Живов В. М., Плунгян В. А. О лингвистических трудах А. А. Зализняка // Известия РАН, Серия литературы и языка, 2005. — Т. 64, № 3. — С. 3—12.
  • Понизовкина Е. Академик А. А. Зализняк: Постичь глубины языка // Наука Урала. — 1998. — № 1. — С. 7.
  • «Яндекс, Гугл и алгоритм Зализняка»: документальный фильм (2015)[1][2].
  1. [tvkultura.ru/article/show/article_id/132763 80 лет Андрею Зализняку]. Культура (24 апреля 2015). Проверено 28 апреля 2015.
  2. [tvkultura.ru/video/show/brand_id/20882/episode_id/1191580/video_id/1168076/viewtype/picture Острова / Яндекс, Гугл и «алгоритм Зализняка»]. Культура (24 апреля 2015). Проверено 28 апреля 2015.

Отрывок, характеризующий Зализняк, Андрей Анатольевич

– Урра! – зазвучали воодушевленные голоса офицеров.
И старый ротмистр Кирстен кричал воодушевленно и не менее искренно, чем двадцатилетний Ростов.
Когда офицеры выпили и разбили свои стаканы, Кирстен налил другие и, в одной рубашке и рейтузах, с стаканом в руке подошел к солдатским кострам и в величественной позе взмахнув кверху рукой, с своими длинными седыми усами и белой грудью, видневшейся из за распахнувшейся рубашки, остановился в свете костра.
– Ребята, за здоровье государя императора, за победу над врагами, урра! – крикнул он своим молодецким, старческим, гусарским баритоном.
Гусары столпились и дружно отвечали громким криком.
Поздно ночью, когда все разошлись, Денисов потрепал своей коротенькой рукой по плечу своего любимца Ростова.
– Вот на походе не в кого влюбиться, так он в ца'я влюбился, – сказал он.
– Денисов, ты этим не шути, – крикнул Ростов, – это такое высокое, такое прекрасное чувство, такое…
– Ве'ю, ве'ю, д'ужок, и 'азделяю и одоб'яю…
– Нет, не понимаешь!
И Ростов встал и пошел бродить между костров, мечтая о том, какое было бы счастие умереть, не спасая жизнь (об этом он и не смел мечтать), а просто умереть в глазах государя. Он действительно был влюблен и в царя, и в славу русского оружия, и в надежду будущего торжества. И не он один испытывал это чувство в те памятные дни, предшествующие Аустерлицкому сражению: девять десятых людей русской армии в то время были влюблены, хотя и менее восторженно, в своего царя и в славу русского оружия.


На следующий день государь остановился в Вишау. Лейб медик Вилье несколько раз был призываем к нему. В главной квартире и в ближайших войсках распространилось известие, что государь был нездоров. Он ничего не ел и дурно спал эту ночь, как говорили приближенные. Причина этого нездоровья заключалась в сильном впечатлении, произведенном на чувствительную душу государя видом раненых и убитых.
На заре 17 го числа в Вишау был препровожден с аванпостов французский офицер, приехавший под парламентерским флагом, требуя свидания с русским императором. Офицер этот был Савари. Государь только что заснул, и потому Савари должен был дожидаться. В полдень он был допущен к государю и через час поехал вместе с князем Долгоруковым на аванпосты французской армии.
Как слышно было, цель присылки Савари состояла в предложении свидания императора Александра с Наполеоном. В личном свидании, к радости и гордости всей армии, было отказано, и вместо государя князь Долгоруков, победитель при Вишау, был отправлен вместе с Савари для переговоров с Наполеоном, ежели переговоры эти, против чаяния, имели целью действительное желание мира.
Ввечеру вернулся Долгоруков, прошел прямо к государю и долго пробыл у него наедине.
18 и 19 ноября войска прошли еще два перехода вперед, и неприятельские аванпосты после коротких перестрелок отступали. В высших сферах армии с полдня 19 го числа началось сильное хлопотливо возбужденное движение, продолжавшееся до утра следующего дня, 20 го ноября, в который дано было столь памятное Аустерлицкое сражение.
До полудня 19 числа движение, оживленные разговоры, беготня, посылки адъютантов ограничивались одной главной квартирой императоров; после полудня того же дня движение передалось в главную квартиру Кутузова и в штабы колонных начальников. Вечером через адъютантов разнеслось это движение по всем концам и частям армии, и в ночь с 19 на 20 поднялась с ночлегов, загудела говором и заколыхалась и тронулась громадным девятиверстным холстом 80 титысячная масса союзного войска.
Сосредоточенное движение, начавшееся поутру в главной квартире императоров и давшее толчок всему дальнейшему движению, было похоже на первое движение серединного колеса больших башенных часов. Медленно двинулось одно колесо, повернулось другое, третье, и всё быстрее и быстрее пошли вертеться колеса, блоки, шестерни, начали играть куранты, выскакивать фигуры, и мерно стали подвигаться стрелки, показывая результат движения.
Как в механизме часов, так и в механизме военного дела, так же неудержимо до последнего результата раз данное движение, и так же безучастно неподвижны, за момент до передачи движения, части механизма, до которых еще не дошло дело. Свистят на осях колеса, цепляясь зубьями, шипят от быстроты вертящиеся блоки, а соседнее колесо так же спокойно и неподвижно, как будто оно сотни лет готово простоять этою неподвижностью; но пришел момент – зацепил рычаг, и, покоряясь движению, трещит, поворачиваясь, колесо и сливается в одно действие, результат и цель которого ему непонятны.
Как в часах результат сложного движения бесчисленных различных колес и блоков есть только медленное и уравномеренное движение стрелки, указывающей время, так и результатом всех сложных человеческих движений этих 1000 русских и французов – всех страстей, желаний, раскаяний, унижений, страданий, порывов гордости, страха, восторга этих людей – был только проигрыш Аустерлицкого сражения, так называемого сражения трех императоров, т. е. медленное передвижение всемирно исторической стрелки на циферблате истории человечества.
Князь Андрей был в этот день дежурным и неотлучно при главнокомандующем.
В 6 м часу вечера Кутузов приехал в главную квартиру императоров и, недолго пробыв у государя, пошел к обер гофмаршалу графу Толстому.
Болконский воспользовался этим временем, чтобы зайти к Долгорукову узнать о подробностях дела. Князь Андрей чувствовал, что Кутузов чем то расстроен и недоволен, и что им недовольны в главной квартире, и что все лица императорской главной квартиры имеют с ним тон людей, знающих что то такое, чего другие не знают; и поэтому ему хотелось поговорить с Долгоруковым.
– Ну, здравствуйте, mon cher, – сказал Долгоруков, сидевший с Билибиным за чаем. – Праздник на завтра. Что ваш старик? не в духе?
– Не скажу, чтобы был не в духе, но ему, кажется, хотелось бы, чтоб его выслушали.
– Да его слушали на военном совете и будут слушать, когда он будет говорить дело; но медлить и ждать чего то теперь, когда Бонапарт боится более всего генерального сражения, – невозможно.
– Да вы его видели? – сказал князь Андрей. – Ну, что Бонапарт? Какое впечатление он произвел на вас?
– Да, видел и убедился, что он боится генерального сражения более всего на свете, – повторил Долгоруков, видимо, дорожа этим общим выводом, сделанным им из его свидания с Наполеоном. – Ежели бы он не боялся сражения, для чего бы ему было требовать этого свидания, вести переговоры и, главное, отступать, тогда как отступление так противно всей его методе ведения войны? Поверьте мне: он боится, боится генерального сражения, его час настал. Это я вам говорю.
– Но расскажите, как он, что? – еще спросил князь Андрей.
– Он человек в сером сюртуке, очень желавший, чтобы я ему говорил «ваше величество», но, к огорчению своему, не получивший от меня никакого титула. Вот это какой человек, и больше ничего, – отвечал Долгоруков, оглядываясь с улыбкой на Билибина.
– Несмотря на мое полное уважение к старому Кутузову, – продолжал он, – хороши мы были бы все, ожидая чего то и тем давая ему случай уйти или обмануть нас, тогда как теперь он верно в наших руках. Нет, не надобно забывать Суворова и его правила: не ставить себя в положение атакованного, а атаковать самому. Поверьте, на войне энергия молодых людей часто вернее указывает путь, чем вся опытность старых кунктаторов.
– Но в какой же позиции мы атакуем его? Я был на аванпостах нынче, и нельзя решить, где он именно стоит с главными силами, – сказал князь Андрей.
Ему хотелось высказать Долгорукову свой, составленный им, план атаки.
– Ах, это совершенно всё равно, – быстро заговорил Долгоруков, вставая и раскрывая карту на столе. – Все случаи предвидены: ежели он стоит у Брюнна…
И князь Долгоруков быстро и неясно рассказал план флангового движения Вейротера.
Князь Андрей стал возражать и доказывать свой план, который мог быть одинаково хорош с планом Вейротера, но имел тот недостаток, что план Вейротера уже был одобрен. Как только князь Андрей стал доказывать невыгоды того и выгоды своего, князь Долгоруков перестал его слушать и рассеянно смотрел не на карту, а на лицо князя Андрея.
– Впрочем, у Кутузова будет нынче военный совет: вы там можете всё это высказать, – сказал Долгоруков.
– Я это и сделаю, – сказал князь Андрей, отходя от карты.
– И о чем вы заботитесь, господа? – сказал Билибин, до сих пор с веселой улыбкой слушавший их разговор и теперь, видимо, собираясь пошутить. – Будет ли завтра победа или поражение, слава русского оружия застрахована. Кроме вашего Кутузова, нет ни одного русского начальника колонн. Начальники: Неrr general Wimpfen, le comte de Langeron, le prince de Lichtenstein, le prince de Hohenloe et enfin Prsch… prsch… et ainsi de suite, comme tous les noms polonais. [Вимпфен, граф Ланжерон, князь Лихтенштейн, Гогенлое и еще Пришпршипрш, как все польские имена.]
– Taisez vous, mauvaise langue, [Удержите ваше злоязычие.] – сказал Долгоруков. – Неправда, теперь уже два русских: Милорадович и Дохтуров, и был бы 3 й, граф Аракчеев, но у него нервы слабы.
– Однако Михаил Иларионович, я думаю, вышел, – сказал князь Андрей. – Желаю счастия и успеха, господа, – прибавил он и вышел, пожав руки Долгорукову и Бибилину.
Возвращаясь домой, князь Андрей не мог удержаться, чтобы не спросить молчаливо сидевшего подле него Кутузова, о том, что он думает о завтрашнем сражении?
Кутузов строго посмотрел на своего адъютанта и, помолчав, ответил:
– Я думаю, что сражение будет проиграно, и я так сказал графу Толстому и просил его передать это государю. Что же, ты думаешь, он мне ответил? Eh, mon cher general, je me mele de riz et des et cotelettes, melez vous des affaires de la guerre. [И, любезный генерал! Я занят рисом и котлетами, а вы занимайтесь военными делами.] Да… Вот что мне отвечали!


В 10 м часу вечера Вейротер с своими планами переехал на квартиру Кутузова, где и был назначен военный совет. Все начальники колонн были потребованы к главнокомандующему, и, за исключением князя Багратиона, который отказался приехать, все явились к назначенному часу.
Вейротер, бывший полным распорядителем предполагаемого сражения, представлял своею оживленностью и торопливостью резкую противоположность с недовольным и сонным Кутузовым, неохотно игравшим роль председателя и руководителя военного совета. Вейротер, очевидно, чувствовал себя во главе.движения, которое стало уже неудержимо. Он был, как запряженная лошадь, разбежавшаяся с возом под гору. Он ли вез, или его гнало, он не знал; но он несся во всю возможную быстроту, не имея времени уже обсуждать того, к чему поведет это движение. Вейротер в этот вечер был два раза для личного осмотра в цепи неприятеля и два раза у государей, русского и австрийского, для доклада и объяснений, и в своей канцелярии, где он диктовал немецкую диспозицию. Он, измученный, приехал теперь к Кутузову.
Он, видимо, так был занят, что забывал даже быть почтительным с главнокомандующим: он перебивал его, говорил быстро, неясно, не глядя в лицо собеседника, не отвечая на деланные ему вопросы, был испачкан грязью и имел вид жалкий, измученный, растерянный и вместе с тем самонадеянный и гордый.
Кутузов занимал небольшой дворянский замок около Остралиц. В большой гостиной, сделавшейся кабинетом главнокомандующего, собрались: сам Кутузов, Вейротер и члены военного совета. Они пили чай. Ожидали только князя Багратиона, чтобы приступить к военному совету. В 8 м часу приехал ординарец Багратиона с известием, что князь быть не может. Князь Андрей пришел доложить о том главнокомандующему и, пользуясь прежде данным ему Кутузовым позволением присутствовать при совете, остался в комнате.
– Так как князь Багратион не будет, то мы можем начинать, – сказал Вейротер, поспешно вставая с своего места и приближаясь к столу, на котором была разложена огромная карта окрестностей Брюнна.
Кутузов в расстегнутом мундире, из которого, как бы освободившись, выплыла на воротник его жирная шея, сидел в вольтеровском кресле, положив симметрично пухлые старческие руки на подлокотники, и почти спал. На звук голоса Вейротера он с усилием открыл единственный глаз.
– Да, да, пожалуйста, а то поздно, – проговорил он и, кивнув головой, опустил ее и опять закрыл глаза.
Ежели первое время члены совета думали, что Кутузов притворялся спящим, то звуки, которые он издавал носом во время последующего чтения, доказывали, что в эту минуту для главнокомандующего дело шло о гораздо важнейшем, чем о желании выказать свое презрение к диспозиции или к чему бы то ни было: дело шло для него о неудержимом удовлетворении человеческой потребности – .сна. Он действительно спал. Вейротер с движением человека, слишком занятого для того, чтобы терять хоть одну минуту времени, взглянул на Кутузова и, убедившись, что он спит, взял бумагу и громким однообразным тоном начал читать диспозицию будущего сражения под заглавием, которое он тоже прочел:
«Диспозиция к атаке неприятельской позиции позади Кобельница и Сокольница, 20 ноября 1805 года».
Диспозиция была очень сложная и трудная. В оригинальной диспозиции значилось:
Da der Feind mit seinerien linken Fluegel an die mit Wald bedeckten Berge lehnt und sich mit seinerien rechten Fluegel laengs Kobeinitz und Sokolienitz hinter die dort befindIichen Teiche zieht, wir im Gegentheil mit unserem linken Fluegel seinen rechten sehr debordiren, so ist es vortheilhaft letzteren Fluegel des Feindes zu attakiren, besondere wenn wir die Doerfer Sokolienitz und Kobelienitz im Besitze haben, wodurch wir dem Feind zugleich in die Flanke fallen und ihn auf der Flaeche zwischen Schlapanitz und dem Thuerassa Walde verfolgen koennen, indem wir dem Defileen von Schlapanitz und Bellowitz ausweichen, welche die feindliche Front decken. Zu dieserien Endzwecke ist es noethig… Die erste Kolonne Marieschirt… die zweite Kolonne Marieschirt… die dritte Kolonne Marieschirt… [Так как неприятель опирается левым крылом своим на покрытые лесом горы, а правым крылом тянется вдоль Кобельница и Сокольница позади находящихся там прудов, а мы, напротив, превосходим нашим левым крылом его правое, то выгодно нам атаковать сие последнее неприятельское крыло, особливо если мы займем деревни Сокольниц и Кобельниц, будучи поставлены в возможность нападать на фланг неприятеля и преследовать его в равнине между Шлапаницем и лесом Тюрасским, избегая вместе с тем дефилеи между Шлапаницем и Беловицем, которою прикрыт неприятельский фронт. Для этой цели необходимо… Первая колонна марширует… вторая колонна марширует… третья колонна марширует…] и т. д., читал Вейротер. Генералы, казалось, неохотно слушали трудную диспозицию. Белокурый высокий генерал Буксгевден стоял, прислонившись спиною к стене, и, остановив свои глаза на горевшей свече, казалось, не слушал и даже не хотел, чтобы думали, что он слушает. Прямо против Вейротера, устремив на него свои блестящие открытые глаза, в воинственной позе, оперев руки с вытянутыми наружу локтями на колени, сидел румяный Милорадович с приподнятыми усами и плечами. Он упорно молчал, глядя в лицо Вейротера, и спускал с него глаза только в то время, когда австрийский начальник штаба замолкал. В это время Милорадович значительно оглядывался на других генералов. Но по значению этого значительного взгляда нельзя было понять, был ли он согласен или несогласен, доволен или недоволен диспозицией. Ближе всех к Вейротеру сидел граф Ланжерон и с тонкой улыбкой южного французского лица, не покидавшей его во всё время чтения, глядел на свои тонкие пальцы, быстро перевертывавшие за углы золотую табакерку с портретом. В середине одного из длиннейших периодов он остановил вращательное движение табакерки, поднял голову и с неприятною учтивостью на самых концах тонких губ перебил Вейротера и хотел сказать что то; но австрийский генерал, не прерывая чтения, сердито нахмурился и замахал локтями, как бы говоря: потом, потом вы мне скажете свои мысли, теперь извольте смотреть на карту и слушать. Ланжерон поднял глаза кверху с выражением недоумения, оглянулся на Милорадовича, как бы ища объяснения, но, встретив значительный, ничего не значущий взгляд Милорадовича, грустно опустил глаза и опять принялся вертеть табакерку.
– Une lecon de geographie, [Урок из географии,] – проговорил он как бы про себя, но довольно громко, чтобы его слышали.
Пржебышевский с почтительной, но достойной учтивостью пригнул рукой ухо к Вейротеру, имея вид человека, поглощенного вниманием. Маленький ростом Дохтуров сидел прямо против Вейротера с старательным и скромным видом и, нагнувшись над разложенною картой, добросовестно изучал диспозиции и неизвестную ему местность. Он несколько раз просил Вейротера повторять нехорошо расслышанные им слова и трудные наименования деревень. Вейротер исполнял его желание, и Дохтуров записывал.
Когда чтение, продолжавшееся более часу, было кончено, Ланжерон, опять остановив табакерку и не глядя на Вейротера и ни на кого особенно, начал говорить о том, как трудно было исполнить такую диспозицию, где положение неприятеля предполагается известным, тогда как положение это может быть нам неизвестно, так как неприятель находится в движении. Возражения Ланжерона были основательны, но было очевидно, что цель этих возражений состояла преимущественно в желании дать почувствовать генералу Вейротеру, столь самоуверенно, как школьникам ученикам, читавшему свою диспозицию, что он имел дело не с одними дураками, а с людьми, которые могли и его поучить в военном деле. Когда замолк однообразный звук голоса Вейротера, Кутузов открыл глава, как мельник, который просыпается при перерыве усыпительного звука мельничных колес, прислушался к тому, что говорил Ланжерон, и, как будто говоря: «а вы всё еще про эти глупости!» поспешно закрыл глаза и еще ниже опустил голову.
Стараясь как можно язвительнее оскорбить Вейротера в его авторском военном самолюбии, Ланжерон доказывал, что Бонапарте легко может атаковать, вместо того, чтобы быть атакованным, и вследствие того сделать всю эту диспозицию совершенно бесполезною. Вейротер на все возражения отвечал твердой презрительной улыбкой, очевидно вперед приготовленной для всякого возражения, независимо от того, что бы ему ни говорили.
– Ежели бы он мог атаковать нас, то он нынче бы это сделал, – сказал он.
– Вы, стало быть, думаете, что он бессилен, – сказал Ланжерон.
– Много, если у него 40 тысяч войска, – отвечал Вейротер с улыбкой доктора, которому лекарка хочет указать средство лечения.
– В таком случае он идет на свою погибель, ожидая нашей атаки, – с тонкой иронической улыбкой сказал Ланжерон, за подтверждением оглядываясь опять на ближайшего Милорадовича.
Но Милорадович, очевидно, в эту минуту думал менее всего о том, о чем спорили генералы.
– Ma foi, [Ей Богу,] – сказал он, – завтра всё увидим на поле сражения.
Вейротер усмехнулся опять тою улыбкой, которая говорила, что ему смешно и странно встречать возражения от русских генералов и доказывать то, в чем не только он сам слишком хорошо был уверен, но в чем уверены были им государи императоры.
– Неприятель потушил огни, и слышен непрерывный шум в его лагере, – сказал он. – Что это значит? – Или он удаляется, чего одного мы должны бояться, или он переменяет позицию (он усмехнулся). Но даже ежели бы он и занял позицию в Тюрасе, он только избавляет нас от больших хлопот, и распоряжения все, до малейших подробностей, остаются те же.
– Каким же образом?.. – сказал князь Андрей, уже давно выжидавший случая выразить свои сомнения.
Кутузов проснулся, тяжело откашлялся и оглянул генералов.
– Господа, диспозиция на завтра, даже на нынче (потому что уже первый час), не может быть изменена, – сказал он. – Вы ее слышали, и все мы исполним наш долг. А перед сражением нет ничего важнее… (он помолчал) как выспаться хорошенько.
Он сделал вид, что привстает. Генералы откланялись и удалились. Было уже за полночь. Князь Андрей вышел.

Военный совет, на котором князю Андрею не удалось высказать свое мнение, как он надеялся, оставил в нем неясное и тревожное впечатление. Кто был прав: Долгоруков с Вейротером или Кутузов с Ланжероном и др., не одобрявшими план атаки, он не знал. «Но неужели нельзя было Кутузову прямо высказать государю свои мысли? Неужели это не может иначе делаться? Неужели из за придворных и личных соображений должно рисковать десятками тысяч и моей, моей жизнью?» думал он.
«Да, очень может быть, завтра убьют», подумал он. И вдруг, при этой мысли о смерти, целый ряд воспоминаний, самых далеких и самых задушевных, восстал в его воображении; он вспоминал последнее прощание с отцом и женою; он вспоминал первые времена своей любви к ней! Вспомнил о ее беременности, и ему стало жалко и ее и себя, и он в нервично размягченном и взволнованном состоянии вышел из избы, в которой он стоял с Несвицким, и стал ходить перед домом.