Средиземное море

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

</tt>

</tt>

</tt>

К:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

Средиземное море
35°00′00″ с. ш. 18°00′00″ в. д. / 35.00000° с. ш. 18.00000° в. д. / 35.00000; 18.00000 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=35.00000&mlon=18.00000&zoom=9 (O)] (Я)Координаты: 35°00′00″ с. ш. 18°00′00″ в. д. / 35.00000° с. ш. 18.00000° в. д. / 35.00000; 18.00000 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=35.00000&mlon=18.00000&zoom=9 (O)] (Я)
Площадь2 500 000 км²
Объём3 839 000 км³
Наибольшая глубина5121 м
Средняя глубина1541 м
К:Водные объекты по алфавиту

Средизе́мное мо́ре — межматериковое море, по происхождению представляющее собой глубоководную псевдоабиссальную внутришельфовую депрессию[1][2], связанную на западе с Атлантическим океаном Гибралтарским проливом[3].

В Средиземном море выделяют, как его составные части, моря: Адриатическое, Альборан, Балеарское, Ионическое, Кипрское, Критское, Левантийское, Ливийское, Лигурийское, Тирренское и Эгейское. В бассейн Средиземного моря входят Мраморное, Чёрное и Азовское моря.





Название

Название (греч. Μεσόγειος Θάλασσα, лат. Mare Mediterraneum — море посреди Земли) впервые ввёл в оборот античный писатель Гай Юлий Солин, опираясь на представления своего времени, поскольку древние европейские и североафриканские цивилизации развивались в бассейне именно этого моря, служившего естественным путём сообщения между ними.

Исторически, Средиземное море носило различные имена. Например, карфагеняне называли его «Сирийским морем», а поздние римляне называли его Mare Nostrum (Наше море) и иногда Mare Internum (Внутреннее море).

В древних сирийских текстах, финикийских эпосах и еврейской Библии оно было, в первую очередь, известно как «Великое море» (ивр.הַיָּם הַגָּדוֹל‏‎, Ха-Ям Ха-Гадол, Числа 34:6,7; Иисус Навин 1:4, 9:1, 15:47; Иезекииль 47:10,15,20) или просто «Море» (I Цари 5:9; ср. I Макк. 14:34, 15:11); однако, оно также называлось «Заднее море» (ивр.הַיָּם הָאַחֲרוֹן‏‎) из-за своего расположения на западном побережье Великой Сирии или Святой Земли и, следовательно, за спиной у человека, смотрящего на восток, и иногда переводилось как «Западное море» (Второзаконие 11:24; Иоиль 2:20). Другим названием было «Море филистимлян» (ивр.יָם פְּלִשְׁתִּים‏‎, Исход 23:31) по названию народа, населявшего большую часть его берега рядом с израилитами. Море также называется «Великим морем» (среднеангл. Grete See) в «Главном Прологе» (англ. General Prologue) Джефри Чосера. На османско-турецком языке оно также называлось Bahr-i Sefid, «Чистое белое море».

В иврите оно называется HaYam HaTikhon (ивр.הַיָּם הַתִּיכוֹן‏‎), «Среднее море», отражая названия моря в древнегреческом (Mesogeios), латинском (Mare internum), немецком (Mittelmeer) и современных европейских и ближневосточных языках (Mediterranean и т.д.).

Также в арабском оно известно как al-Baḥr [al-Abyaḍ] al-Mutawassiṭ (البحر [الأبيض] المتوسط), «[Белое] Среднее море», тогда как в исламской и староарабской литературе оно упоминается как Baḥr al-Rūm (араб. بحر الروم‎), или «Римское/Византийское море».

В турецком языке оно известно как Akdeniz,[4] «Белое море», так как у турок белый цвет (ak) означает запад.

История

Современное Средиземное море является реликтом древнего океана Тетис[3], который был гораздо шире и простирался далеко на восток. Реликтами океана Тетис являются также Аральское, Каспийское, Чёрное и Мраморное моря, соответствующие его наиболее глубоким впадинам.

6 млн. лет назад, до образования Гибралтарского пролива, Средиземное море соединялось с Атлантическим океаном более мелким проливом, долина которого находится на территории современного Марокко[5]. В эпохи оледенений уровень Мирового океана снижался на 100 — 120 м, что приводило к тому, что Средиземное море неоднократно становилось изолированным бассейном и почти полностью высыхало (см. Мессинский кризис)[6].

5 млн. лет назад, вследствие колоссального землетрясения, воды Атлантического океана пробили Гибралтарский пролив и затопили Средиземноморье[7][5].

Физико-географический очерк

Средиземное море располагается между Европой, Африкой и Азией.

На северо-востоке проливом Дарданеллы оно соединяется с Мраморным морем и далее проливом Босфор — с Чёрным морем, на юго-востоке Суэцким каналом — с Красным морем.

Площадь 2500 тысяч км²[3].

Объём воды 3839 тысяч км³[3].

Средняя глубина 1541 м, максимальная — 5121 м (Центральная котловина)[3].

Берега Средиземного моря у гористых побережий преимущественно абразионные, выровненные, у низких — лагунно-лиманные и дельтовые; для восточного побережья Адриатического моря характерны берега далматинского типа[3].

Наиболее значительные заливы: Валенсийский, Лионский, Генуэзский, Таранто, Сидра (Большой Сирт), Габес (Малый Сирт)[3].

Крупнейшие острова: Сицилия, Сардиния, Кипр, Корсика, Крит, Балеарские и Эвбея[3].

В Средиземное море впадают крупные реки Эбро, Рона, Тибр, По, Нил и другие; общий годовой сток их около 430 км³[3].

Прибрежные страны

Средиземное море омывает берега 22 государств — членов ООН:

Внутренние моря

Согласно Международной гидрографической организации (МГО), Средиземное море делится на несколько меньших водоёмов, каждый со своим собственным обозначением (с запада на восток):

Другие моря

Хоть они и не признаются договорами МГО, существуют также другие моря, чьи названия были в общем пользовании с древнейших времён и по настоящее время:

Другие объекты

Многие из этих малых морей упоминаются в местной мифологии и фольклоре и заимствуют свои названия из них. Кроме морей также признаётся большое число заливов и проливов:

Геологическое строение и рельеф дна

Дно Средиземного моря распадается на несколько котловин с относительно крутыми материковыми склонами, глубиной 2—4 км. Вдоль берегов котловины окаймлены узкой полосой шельфа, расширяющейся только между побережьем Туниса и Сицилией, а также в пределах Адриатического моря.

Геоморфологически Средиземное море можно разделить на 3 бассейна: Западный — Алжиро-Прованский бассейн с максимальной глубиной свыше 2800 м, объединяющий впадины морей Альборан, Балеарского и Лигурийского, а также впадину Тирренского моря — свыше 3600 м; Центральный — свыше 5100 м (Центральная котловина и впадины морей Адриатического и Ионического) и Восточный — Левантинский, около 4380 м (впадины морей Леванта, Эгейского и Мраморного).

Дно некоторых котловин покрыто неоген-антропогеновыми толщами (в Балеарском и Лигурийском море мощностью до 5—7 км) осадочных и вулканических пород. Среди мессинских (верхний миоцен) отложений Алжиро-Прованской котловины значительная роль принадлежит соленосной эвапоритовой толще (мощностью свыше 1,5—2 км), образующей структуры, характерные для соляной тектоники. По бортам и в центре Тирренской котловины протягивается несколько крупных разломов с приуроченными к ним потухшими и действующими вулканами; некоторые из них образуют большие подводные горы (Липарские острова, вулкан Марсильи, Вавилова и др.). Вулканы по окраинам котловины (в Тосканском архипелаге, на Понцианских о-вах, Везувий, а также Липарские о-ва) извергают кислые и щелочные лавы, вулканы в центральной части Средиземного моря — более глубинные, основные лавы (базальты).

Часть Центрального и Восточный (Левантинский) бассейны заполнены осадочными толщами, в том числе мощными продуктами речных выносов, особенно Нила. На дне этих котловин, по данным геофизических исследований, выделены Гелленский глубоководный жёлоб и Центральный Средиземноморский вал — крупный свод высотой до 500—800 м. Вдоль подножия материкового склона Киренаики прослеживается Ливийский жёлоб, очень чётко выраженный в рельефе и слабо заполненный осадками. Котловины Средиземного моря очень разные по времени заложения. Значительная часть Восточного (Левантинского) бассейна заложилась в мезозое, Алжиро-Прованского бассейна — с конца олигоцена — начала миоцена, некоторые котловины Средиземного моря — в начале — середине миоцена, плиоцене. В конце миоцена (мессинском веке) на большей части площади Средиземного моря уже существовали неглубокие котловины. Глубина Алжиро-Прованского бассейна во время отложения солей в мессинском веке была около 1—1,5 км. Соли накапливались в результате сильного испарения и концентрации рассола вследствие притока морской воды в замкнутый водоём через пролив, существовавший южнее Гибралтара.

Современные глубины Тирренской впадины образовались в результате опускания дна в течение плиоцена и антропогенового периода (за последние 5 млн лет); в результате такого же относительно быстрого опускания возникли и некоторые другие котловины. Образование котловин Средиземного моря связывают либо с растяжением (раздвиганием) материковой земной коры, либо с процессами уплотнения земной коры и её проседания. В отдельных участках котловин продолжаются процессы геосинклинального развития. Дно Средиземного моря во многих частях перспективно для поисков месторождений нефти и газа, особенно в области распространения соляных куполов. В шельфовых зонах залежи нефти и газа приурочены к мезозойским и палеогеновым отложениям.

Геологическая история моря включает периоды его практически полного пересыхания.

Гидрологический режим

Гидрологический режим Средиземного моря формируется под влиянием большого испарения и общих климатических условий. Преобладание расхода пресной воды над приходом ведёт к понижению уровня, что является причиной постоянного притока поверхностных менее солёных вод из Атлантического океана и Чёрного моря. В глубинных слоях проливов происходит отток высокосолёных вод, вызванный разностью плотности воды на уровне порогов проливов. Основной водообмен происходит через Гибралтарский пролив (верхнее течение приносит 42,32 тыс. км³ в год атлантической воды, а нижнее — выносит 40,8 тыс. км³ средиземноморской); через Дарданеллы втекает и вытекает соответственно 350 и 180 км³ воды в год.

Циркуляция вод в Средиземном море имеет, главным образом, ветровую природу; она представлена основным, почти зональным Канарским течением, переносящим воды преимущественно атлантического происхождения вдоль Африки, от Гибралтарского пролива до берегов Ливана, системой циклонических круговоротов в обособленных морях и бассейнах слева от этого течения. Толща вод до глубины 750—1000 м охвачена однонаправленным по глубине переносом вод, за исключением Левантинского промежуточного противотечения, переносящего левантинские воды от острова Мальта до Гибралтарского пролива вдоль Африки.

Скорости установившихся течений в открытой части моря 0,5—1,0 км/ч, в некоторых проливах — 2—4 км/ч. Средняя температура воды на поверхности в феврале понижается с севера на юг от 8—12 до 17 °C в восточной и центральных частях и от 11 до 15 °C на западе. В августе средняя температура воды изменяется от 19 до 25 °C, на крайнем востоке она повышается до 27—30 °C. Большое испарение ведёт к сильному повышению солёности. Её значения увеличиваются с запада на восток от 36 до 39,5 . Плотность воды на поверхности изменяется от 1,023—1,027 г/см³ летом — до 1,027—1,029 г/см³ зимой. В период зимнего охлаждения в районах с повышенной плотностью развивается интенсивное конвективное перемешивание, которое приводит к формированию высокосолёных и тёплых промежуточных вод в Восточном бассейне и глубинных вод на севере западного бассейна, в Адриатическом и Эгейском морях. По придонным температуре и солёности Средиземное море является одним из самых тёплых и солёных морей Мирового океана (12,6—13,4 °C и 38,4—38,7 ‰ соответственно). Относительная прозрачность воды доходит до 50—60 м, цвет — интенсивно синий.

Приливы в основном полусуточные, их величина менее 1 м, но в отдельных пунктах в сочетании с ветровыми нагонами колебания уровня могут достигать 4 м (Генуэзский залив, у северного берега острова Корсика и др.). В узких проливах наблюдаются сильные приливные течения (Мессинский пролив). Максимальное волнение отмечается зимой (высота волн достигает 6—8 м).

Климат

Климат Средиземного моря определяется его положением в субтропическом поясе и отличается большой спецификой, которая выделяет его в самостоятельный средиземноморский тип климата, характеризующийся мягкой зимой и жарким сухим летом. Зимой над морем устанавливается ложбина пониженного давления атмосферы, что определяет неустойчивую погоду с частыми штормами и обильными осадками; холодные северные ветры понижают температуру воздуха. Развиваются местные ветра: мистраль в районе Лионского залива и бора на востоке Адриатического моря. Летом большую часть Средиземного моря охватывает гребень Азорского антициклона, что определяет преобладание ясной погоды с небольшой облачностью и малым количеством осадков. В летние месяцы наблюдаются сухие туманы и пыльная мгла, выносимая из Африки южным ветром сирокко. В Восточном бассейне развиваются устойчивые северные ветры — этезии.

Средняя температура воздуха в январе изменяется от 14—16 °C у южных берегов до 7—10 °C на севере, в августе — от 22—24 °C на севере до 25—30 °C в южных районах моря. Испарение с поверхности Средиземного моря достигает 1250 мм в год (3130 км³). Относительная влажность воздуха изменяется от 50—65 % летом до 65—80 % зимой. Облачность летом 0—3 балла, зимой около 6 баллов. Среднее годовое количество осадков 400 мм (около 1000 км³), оно изменяется от 1100—1300 мм на северо-западе до 50—100 мм на юго-востоке, минимум — в июле-августе, максимум — в декабре.

Характерны миражи, которые часто наблюдаются в Мессинском проливе (Фата-моргана).

Растительность и животный мир

Растительность и животный мир Средиземного моря отличается относительно слабым количественным развитием фито- и зоопланктона, что влечёт за собой относительно небольшое количество питающихся ими более крупных животных, в том числе рыб. Количество фитопланктона в поверхностных горизонтах составляет всего 8—10 мг/м³, на глубине 1000—2000 м его в 10—20 раз меньше. Весьма разнообразны водоросли (преобладают перидинеи и диатомеи).

Фауна Средиземного моря характеризуется большим видовым разнообразием, однако число представителей отдельных видов невелико. Встречаются раки, один вид тюленей (белобрюхий тюлень), морские черепахи. Рыб 550 видов (скумбриевые, сельдевые, анчоусовые, кефали, корифеновые, тунцы, пеламиды, ставриды и др.). Около 70 видов рыб-эндемиков, в том числе скаты, виды хамсы, бычков, морских собачек, губана и рыбы-иглы. Из съедобных моллюсков наибольшее значение имеют устрица, средиземноморско-черноморская мидия, морской финик. Из беспозвоночных распространены осьминоги, кальмары, сепии, крабы, лангуст; многочисленны виды медуз, сифонофор; в некоторых районах, особенно в Эгейском море, обитают губки и красный коралл.

Экономико-географический очерк

Побережье Средиземного моря издавна плотно заселено, отличается высоким уровнем хозяйственного развития (особенно страны, расположенные по его северному побережью)

Сельское хозяйство средиземноморских стран выделяется производством цитрусовых (около одной трети мирового сбора), хлопка, масличных. В системе международных торгово-экономических связей Средиземное море занимает особое положение. Находясь на стыке трёх частей света (Европы, Азии и Африки), Средиземное море является важным транспортным путём, по которому проходят морские связи Европы с Азией, Северной Африкой, а также Австралией и Океанией. По Средиземному морю проходят важные торговые пути, связывающие Россию и Украину с западными странами, и линии большого каботажа между черноморскими и рядом других портов России и Украины.

Транспортное значение акватории Средиземного моря для Западной Европы непрерывно возрастает в связи с усиливающейся зависимостью этих стран от импорта сырья. Особенно велика роль Средиземного моря в перевозках нефти. Средиземное море — важный «нефтяной» путь между Западной Европой и Ближним Востоком. Доля южных портов (главные из которых — Марсель, Триест, Генуя) в снабжении Западной Европы нефтью постоянно растёт (около 40 процентов в 1972 году). Порты Средиземного моря связаны трубопроводами как со странами Западной Европы, в том числе Австрией, Германией, Францией, Швейцарией, так и с месторождениями нефти Ближнего Востока и Северной Африки. Велики также перевозки различных видов сырья, металлических руд и бокситов, сельскохозяйственных продуктов по Суэцкому каналу, через который проходят связи Западной Европы с Азией и Австралией. Крупнейшие порты — Марсель с аванпортами во Франции, Генуя, Аугуста, Триест в Италии, Сидра, Марса-Брега в Ливии.

На побережье Средиземного моря и на островах созданы многочисленные промышленные предприятия. На сырье, доставляемом морем, развилась химическая и металлургическая промышленность. Крупными узлами химической промышленности стали в 1960—1975 годах острова Сардиния и Сицилия в Италии, устье Роны во Франции и др. Начата добыча нефти и газа на шельфе Средиземного моря (северная часть Адриатического моря, побережье Греции и др.).

Рыболовство в Средиземном море по сравнению с другими бассейнами Атлантического океана имеет второстепенное значение. Индустриализация побережья, рост городов, развитие рекреационных зон ведут к интенсивному загрязнению прибрежной полосы. Широко известны курорты Лазурного берега (Ривьера) во Франции и Италии, курорты Левантийского побережья и Балеарских островов в Испании и др.

Средиземное море в картографии

Средиземное море имело большое значение в истории картографии. Его побережья и острова служили древним географам опорными пунктами для картографии земного шара. Так, Дисеарк, ученик Аристотеля, на своей карте Земли наносил различные пункты по расстоянию их от продольной оси Средиземного моря (параллель 36°) и от перпендикуляра к этой оси, проведённого через остров Родос. На берегах Средиземного моря были произведены первые астрономические определения пунктов (Эратосфеном и Гиппархом) и первое градусное измерение для определения размеров земного шара (Эратосфен измерил дугу меридиана между Александрией и Сиеной). Что касается общей карты Средиземного моря, то создание её относится уже к новому времени. В древности и в средние века пользовались путевыми картами (портуланами), которые, отличаясь большими подробностями в отношении разных местностей, страдали неточностью в географических положениях основных пунктов. Птолемеем была составлена карта или, вернее, таблица пунктов Средиземного моря, с указанием широт и долгот их, как по личным его определениям, так и особенно по наблюдениям его предшественников (Эратосфена, Гиппарха, Марина Тирского). Многие из этих пунктов подверглись впоследствии исправлению, сделанному арабским астрономом Абул-Гассаном; это исправление значительно приблизило размеры Средиземного моря к действительным. Так, например, длина продольной оси Средиземного моря по Птолемею составляет 61°, по арабским таблицам — 42°30'; последняя отличается от действительной только на 52'. Однако и в исправленном виде Птолемеева таблица оказывалась неверной для многих мест (до 4° по долготе)[8].

В начале XVII столетия появился первый специальный труд о Средиземном море итальянского инженера Bartolomeo Crescention («Della nautica mediterranaea», Рим, 1602), но этот труд заключал в себе лишь практические указания для мореплавателей. Только к середине XVII столетия астрономы стали обращать всё большее внимание на исправление Птолемеевой таблицы. Французская академия наук в 1666 году поручила искусному наблюдателю Шазелю (Chazelles) вновь определить географические координаты важнейших пунктов в восточной части Средиземного моря. Наблюдения Шазеля во многом улучшили карту Средиземного моря, сведя погрешность долгот местами всего до 0,5° (Александретта); тем не менее, первой полной картой Средиземного моря, с относительно точным определением главных очертаний, мы обязаны капитану Готье, который составил её по данным, собранным им в течение 1816—1819 годов Впоследствии эту карту улучшили Досси и Келлер (в 1849—1851 годов), а также совместные труды моряков, особенно французских и английских, в 1881 году английское адмиралтейство издало подробные карты Средиземного моря (Mediterranean Sea complied from the most recent surveys), откорректированные в 1899 году[8].

См. также

Напишите отзыв о статье "Средиземное море"

Примечания

  1. Андрияшев А. П. (1979): О некоторых вопросах вертикальной зональности морской донной фауны. В кн.: Биологические ресурсы Мирового океана. М.: Наука. С. 117—138.
  2. Парин Н. В. (1988): [rgo-sib.ru/book/kniga/72.htm Рыбы открытого океана.] М.: Наука. 272 с.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Средиземное море // Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978.</span>
  4. Озхан Озтюрк утверждает, что в древнетурецком ak также означает «запад» и что Akdeniz, следовательно, означает «Западное море», тогда как Karadeniz (Чёрное море) — «Северное море». [www.karalahana.com/makaleler/kitap/pontus-antik-cagdan-gunumuze-karadeniz-etnik-siyasi-tarihi.htm Pontus: Antik Çağ’dan Günümüze Karadeniz’in Etnik ve Siyasi Tarihi Genesis Yayınları]. — 2011. — P. 5–9.
  5. 1 2 Бялко А.В. Наша планета — Земля. (Библиотечка «Квант», вып.29). — М.: Наука. Главная редакция физико-математической литературы, 1983. — С. 185-187. — 208 с.
  6. [stepnoy-sledopyt.narod.ru/kaspian/istoria.htm Краткая история Каспийского бассейна]
  7. [abcspain.ru/news-and-articles/learning/v-universitete-barselony-vyyasnili-kak-obrazovalos-sredizemnoe-more/ В Университете Барселоны выяснили, как образовалось Средиземное море]
  8. 1 2 Средиземное море // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  9. </ol>

Литература

  • Грацианский А. Н., Природа Средиземноморья, М., 1971;
  • Основные черты геологического строения, гидрологического режима и биологии Средиземного моря, М., 1965;
  • Циргоффер А., Атлантический океан и его моря, пер. с польск., M., 1975;
  • Lacombe H., Tehernia P., Caracteres Hydrologiques et circulation deseaux en Mediterranee, в кн.: The Mediterrnean Sea, 1972.

Ссылки

  • [www.1yachtua.com/Chartr/medit/MedSea.htm Физико-географический очерк].
  • [www.1yachtua.com/Chartr/medit/GeoStr.htm Средиземное море. Геологическое строение и рельеф дна. Гидрологический режим].
  • [www.krugosvet.ru/articles/03/1000382/1000382a1.htm Средиземное море]. Кругосвет. [web.archive.org/web/20080102155012/www.krugosvet.ru/articles/03/1000382/1000382a1.htm Архивировано из первоисточника 2 января 2008].

Отрывок, характеризующий Средиземное море

– Ну уж два раза нельзя! А? – сказал Анатоль, добродушно смеясь.


Следующий после театра день Ростовы никуда не ездили и никто не приезжал к ним. Марья Дмитриевна о чем то, скрывая от Наташи, переговаривалась с ее отцом. Наташа догадывалась, что они говорили о старом князе и что то придумывали, и ее беспокоило и оскорбляло это. Она всякую минуту ждала князя Андрея, и два раза в этот день посылала дворника на Вздвиженку узнавать, не приехал ли он. Он не приезжал. Ей было теперь тяжеле, чем первые дни своего приезда. К нетерпению и грусти ее о нем присоединились неприятное воспоминание о свидании с княжной Марьей и с старым князем, и страх и беспокойство, которым она не знала причины. Ей всё казалось, что или он никогда не приедет, или что прежде, чем он приедет, с ней случится что нибудь. Она не могла, как прежде, спокойно и продолжительно, одна сама с собой думать о нем. Как только она начинала думать о нем, к воспоминанию о нем присоединялось воспоминание о старом князе, о княжне Марье и о последнем спектакле, и о Курагине. Ей опять представлялся вопрос, не виновата ли она, не нарушена ли уже ее верность князю Андрею, и опять она заставала себя до малейших подробностей воспоминающею каждое слово, каждый жест, каждый оттенок игры выражения на лице этого человека, умевшего возбудить в ней непонятное для нее и страшное чувство. На взгляд домашних, Наташа казалась оживленнее обыкновенного, но она далеко была не так спокойна и счастлива, как была прежде.
В воскресение утром Марья Дмитриевна пригласила своих гостей к обедни в свой приход Успенья на Могильцах.
– Я этих модных церквей не люблю, – говорила она, видимо гордясь своим свободомыслием. – Везде Бог один. Поп у нас прекрасный, служит прилично, так это благородно, и дьякон тоже. Разве от этого святость какая, что концерты на клиросе поют? Не люблю, одно баловство!
Марья Дмитриевна любила воскресные дни и умела праздновать их. Дом ее бывал весь вымыт и вычищен в субботу; люди и она не работали, все были празднично разряжены, и все бывали у обедни. К господскому обеду прибавлялись кушанья, и людям давалась водка и жареный гусь или поросенок. Но ни на чем во всем доме так не бывал заметен праздник, как на широком, строгом лице Марьи Дмитриевны, в этот день принимавшем неизменяемое выражение торжественности.
Когда напились кофе после обедни, в гостиной с снятыми чехлами, Марье Дмитриевне доложили, что карета готова, и она с строгим видом, одетая в парадную шаль, в которой она делала визиты, поднялась и объявила, что едет к князю Николаю Андреевичу Болконскому, чтобы объясниться с ним насчет Наташи.
После отъезда Марьи Дмитриевны, к Ростовым приехала модистка от мадам Шальме, и Наташа, затворив дверь в соседней с гостиной комнате, очень довольная развлечением, занялась примериваньем новых платьев. В то время как она, надев сметанный на живую нитку еще без рукавов лиф и загибая голову, гляделась в зеркало, как сидит спинка, она услыхала в гостиной оживленные звуки голоса отца и другого, женского голоса, который заставил ее покраснеть. Это был голос Элен. Не успела Наташа снять примериваемый лиф, как дверь отворилась и в комнату вошла графиня Безухая, сияющая добродушной и ласковой улыбкой, в темнолиловом, с высоким воротом, бархатном платье.
– Ah, ma delicieuse! [О, моя прелестная!] – сказала она красневшей Наташе. – Charmante! [Очаровательна!] Нет, это ни на что не похоже, мой милый граф, – сказала она вошедшему за ней Илье Андреичу. – Как жить в Москве и никуда не ездить? Нет, я от вас не отстану! Нынче вечером у меня m lle Georges декламирует и соберутся кое кто; и если вы не привезете своих красавиц, которые лучше m lle Georges, то я вас знать не хочу. Мужа нет, он уехал в Тверь, а то бы я его за вами прислала. Непременно приезжайте, непременно, в девятом часу. – Она кивнула головой знакомой модистке, почтительно присевшей ей, и села на кресло подле зеркала, живописно раскинув складки своего бархатного платья. Она не переставала добродушно и весело болтать, беспрестанно восхищаясь красотой Наташи. Она рассмотрела ее платья и похвалила их, похвалилась и своим новым платьем en gaz metallique, [из газа цвета металла,] которое она получила из Парижа и советовала Наташе сделать такое же.
– Впрочем, вам все идет, моя прелестная, – говорила она.
С лица Наташи не сходила улыбка удовольствия. Она чувствовала себя счастливой и расцветающей под похвалами этой милой графини Безуховой, казавшейся ей прежде такой неприступной и важной дамой, и бывшей теперь такой доброй с нею. Наташе стало весело и она чувствовала себя почти влюбленной в эту такую красивую и такую добродушную женщину. Элен с своей стороны искренно восхищалась Наташей и желала повеселить ее. Анатоль просил ее свести его с Наташей, и для этого она приехала к Ростовым. Мысль свести брата с Наташей забавляла ее.
Несмотря на то, что прежде у нее была досада на Наташу за то, что она в Петербурге отбила у нее Бориса, она теперь и не думала об этом, и всей душой, по своему, желала добра Наташе. Уезжая от Ростовых, она отозвала в сторону свою protegee.
– Вчера брат обедал у меня – мы помирали со смеху – ничего не ест и вздыхает по вас, моя прелесть. Il est fou, mais fou amoureux de vous, ma chere. [Он сходит с ума, но сходит с ума от любви к вам, моя милая.]
Наташа багрово покраснела услыхав эти слова.
– Как краснеет, как краснеет, ma delicieuse! [моя прелесть!] – проговорила Элен. – Непременно приезжайте. Si vous aimez quelqu'un, ma delicieuse, ce n'est pas une raison pour se cloitrer. Si meme vous etes promise, je suis sure que votre рromis aurait desire que vous alliez dans le monde en son absence plutot que de deperir d'ennui. [Из того, что вы любите кого нибудь, моя прелестная, никак не следует жить монашенкой. Даже если вы невеста, я уверена, что ваш жених предпочел бы, чтобы вы в его отсутствии выезжали в свет, чем погибали со скуки.]
«Стало быть она знает, что я невеста, стало быть и oни с мужем, с Пьером, с этим справедливым Пьером, думала Наташа, говорили и смеялись про это. Стало быть это ничего». И опять под влиянием Элен то, что прежде представлялось страшным, показалось простым и естественным. «И она такая grande dame, [важная барыня,] такая милая и так видно всей душой любит меня, думала Наташа. И отчего не веселиться?» думала Наташа, удивленными, широко раскрытыми глазами глядя на Элен.
К обеду вернулась Марья Дмитриевна, молчаливая и серьезная, очевидно понесшая поражение у старого князя. Она была еще слишком взволнована от происшедшего столкновения, чтобы быть в силах спокойно рассказать дело. На вопрос графа она отвечала, что всё хорошо и что она завтра расскажет. Узнав о посещении графини Безуховой и приглашении на вечер, Марья Дмитриевна сказала:
– С Безуховой водиться я не люблю и не посоветую; ну, да уж если обещала, поезжай, рассеешься, – прибавила она, обращаясь к Наташе.


Граф Илья Андреич повез своих девиц к графине Безуховой. На вечере было довольно много народу. Но всё общество было почти незнакомо Наташе. Граф Илья Андреич с неудовольствием заметил, что всё это общество состояло преимущественно из мужчин и дам, известных вольностью обращения. M lle Georges, окруженная молодежью, стояла в углу гостиной. Было несколько французов и между ними Метивье, бывший, со времени приезда Элен, домашним человеком у нее. Граф Илья Андреич решился не садиться за карты, не отходить от дочерей и уехать как только кончится представление Georges.
Анатоль очевидно у двери ожидал входа Ростовых. Он, тотчас же поздоровавшись с графом, подошел к Наташе и пошел за ней. Как только Наташа его увидала, тоже как и в театре, чувство тщеславного удовольствия, что она нравится ему и страха от отсутствия нравственных преград между ею и им, охватило ее. Элен радостно приняла Наташу и громко восхищалась ее красотой и туалетом. Вскоре после их приезда, m lle Georges вышла из комнаты, чтобы одеться. В гостиной стали расстанавливать стулья и усаживаться. Анатоль подвинул Наташе стул и хотел сесть подле, но граф, не спускавший глаз с Наташи, сел подле нее. Анатоль сел сзади.
M lle Georges с оголенными, с ямочками, толстыми руками, в красной шали, надетой на одно плечо, вышла в оставленное для нее пустое пространство между кресел и остановилась в ненатуральной позе. Послышался восторженный шопот. M lle Georges строго и мрачно оглянула публику и начала говорить по французски какие то стихи, где речь шла о ее преступной любви к своему сыну. Она местами возвышала голос, местами шептала, торжественно поднимая голову, местами останавливалась и хрипела, выкатывая глаза.
– Adorable, divin, delicieux! [Восхитительно, божественно, чудесно!] – слышалось со всех сторон. Наташа смотрела на толстую Georges, но ничего не слышала, не видела и не понимала ничего из того, что делалось перед ней; она только чувствовала себя опять вполне безвозвратно в том странном, безумном мире, столь далеком от прежнего, в том мире, в котором нельзя было знать, что хорошо, что дурно, что разумно и что безумно. Позади ее сидел Анатоль, и она, чувствуя его близость, испуганно ждала чего то.
После первого монолога всё общество встало и окружило m lle Georges, выражая ей свой восторг.
– Как она хороша! – сказала Наташа отцу, который вместе с другими встал и сквозь толпу подвигался к актрисе.
– Я не нахожу, глядя на вас, – сказал Анатоль, следуя за Наташей. Он сказал это в такое время, когда она одна могла его слышать. – Вы прелестны… с той минуты, как я увидал вас, я не переставал….
– Пойдем, пойдем, Наташа, – сказал граф, возвращаясь за дочерью. – Как хороша!
Наташа ничего не говоря подошла к отцу и вопросительно удивленными глазами смотрела на него.
После нескольких приемов декламации m lle Georges уехала и графиня Безухая попросила общество в залу.
Граф хотел уехать, но Элен умоляла не испортить ее импровизированный бал. Ростовы остались. Анатоль пригласил Наташу на вальс и во время вальса он, пожимая ее стан и руку, сказал ей, что она ravissante [обворожительна] и что он любит ее. Во время экосеза, который она опять танцовала с Курагиным, когда они остались одни, Анатоль ничего не говорил ей и только смотрел на нее. Наташа была в сомнении, не во сне ли она видела то, что он сказал ей во время вальса. В конце первой фигуры он опять пожал ей руку. Наташа подняла на него испуганные глаза, но такое самоуверенно нежное выражение было в его ласковом взгляде и улыбке, что она не могла глядя на него сказать того, что она имела сказать ему. Она опустила глаза.
– Не говорите мне таких вещей, я обручена и люблю другого, – проговорила она быстро… – Она взглянула на него. Анатоль не смутился и не огорчился тем, что она сказала.
– Не говорите мне про это. Что мне зa дело? – сказал он. – Я говорю, что безумно, безумно влюблен в вас. Разве я виноват, что вы восхитительны? Нам начинать.
Наташа, оживленная и тревожная, широко раскрытыми, испуганными глазами смотрела вокруг себя и казалась веселее чем обыкновенно. Она почти ничего не помнила из того, что было в этот вечер. Танцовали экосез и грос фатер, отец приглашал ее уехать, она просила остаться. Где бы она ни была, с кем бы ни говорила, она чувствовала на себе его взгляд. Потом она помнила, что попросила у отца позволения выйти в уборную оправить платье, что Элен вышла за ней, говорила ей смеясь о любви ее брата и что в маленькой диванной ей опять встретился Анатоль, что Элен куда то исчезла, они остались вдвоем и Анатоль, взяв ее за руку, нежным голосом сказал:
– Я не могу к вам ездить, но неужели я никогда не увижу вас? Я безумно люблю вас. Неужели никогда?… – и он, заслоняя ей дорогу, приближал свое лицо к ее лицу.
Блестящие, большие, мужские глаза его так близки были от ее глаз, что она не видела ничего кроме этих глаз.
– Натали?! – прошептал вопросительно его голос, и кто то больно сжимал ее руки.
– Натали?!
«Я ничего не понимаю, мне нечего говорить», сказал ее взгляд.
Горячие губы прижались к ее губам и в ту же минуту она почувствовала себя опять свободною, и в комнате послышался шум шагов и платья Элен. Наташа оглянулась на Элен, потом, красная и дрожащая, взглянула на него испуганно вопросительно и пошла к двери.
– Un mot, un seul, au nom de Dieu, [Одно слово, только одно, ради Бога,] – говорил Анатоль.
Она остановилась. Ей так нужно было, чтобы он сказал это слово, которое бы объяснило ей то, что случилось и на которое она бы ему ответила.
– Nathalie, un mot, un seul, – всё повторял он, видимо не зная, что сказать и повторял его до тех пор, пока к ним подошла Элен.
Элен вместе с Наташей опять вышла в гостиную. Не оставшись ужинать, Ростовы уехали.
Вернувшись домой, Наташа не спала всю ночь: ее мучил неразрешимый вопрос, кого она любила, Анатоля или князя Андрея. Князя Андрея она любила – она помнила ясно, как сильно она любила его. Но Анатоля она любила тоже, это было несомненно. «Иначе, разве бы всё это могло быть?» думала она. «Ежели я могла после этого, прощаясь с ним, улыбкой ответить на его улыбку, ежели я могла допустить до этого, то значит, что я с первой минуты полюбила его. Значит, он добр, благороден и прекрасен, и нельзя было не полюбить его. Что же мне делать, когда я люблю его и люблю другого?» говорила она себе, не находя ответов на эти страшные вопросы.


Пришло утро с его заботами и суетой. Все встали, задвигались, заговорили, опять пришли модистки, опять вышла Марья Дмитриевна и позвали к чаю. Наташа широко раскрытыми глазами, как будто она хотела перехватить всякий устремленный на нее взгляд, беспокойно оглядывалась на всех и старалась казаться такою же, какою она была всегда.
После завтрака Марья Дмитриевна (это было лучшее время ее), сев на свое кресло, подозвала к себе Наташу и старого графа.
– Ну с, друзья мои, теперь я всё дело обдумала и вот вам мой совет, – начала она. – Вчера, как вы знаете, была я у князя Николая; ну с и поговорила с ним…. Он кричать вздумал. Да меня не перекричишь! Я всё ему выпела!
– Да что же он? – спросил граф.
– Он то что? сумасброд… слышать не хочет; ну, да что говорить, и так мы бедную девочку измучили, – сказала Марья Дмитриевна. – А совет мой вам, чтобы дела покончить и ехать домой, в Отрадное… и там ждать…
– Ах, нет! – вскрикнула Наташа.
– Нет, ехать, – сказала Марья Дмитриевна. – И там ждать. – Если жених теперь сюда приедет – без ссоры не обойдется, а он тут один на один с стариком всё переговорит и потом к вам приедет.
Илья Андреич одобрил это предложение, тотчас поняв всю разумность его. Ежели старик смягчится, то тем лучше будет приехать к нему в Москву или Лысые Горы, уже после; если нет, то венчаться против его воли можно будет только в Отрадном.
– И истинная правда, – сказал он. – Я и жалею, что к нему ездил и ее возил, – сказал старый граф.
– Нет, чего ж жалеть? Бывши здесь, нельзя было не сделать почтения. Ну, а не хочет, его дело, – сказала Марья Дмитриевна, что то отыскивая в ридикюле. – Да и приданое готово, чего вам еще ждать; а что не готово, я вам перешлю. Хоть и жалко мне вас, а лучше с Богом поезжайте. – Найдя в ридикюле то, что она искала, она передала Наташе. Это было письмо от княжны Марьи. – Тебе пишет. Как мучается, бедняжка! Она боится, чтобы ты не подумала, что она тебя не любит.
– Да она и не любит меня, – сказала Наташа.
– Вздор, не говори, – крикнула Марья Дмитриевна.
– Никому не поверю; я знаю, что не любит, – смело сказала Наташа, взяв письмо, и в лице ее выразилась сухая и злобная решительность, заставившая Марью Дмитриевну пристальнее посмотреть на нее и нахмуриться.
– Ты, матушка, так не отвечай, – сказала она. – Что я говорю, то правда. Напиши ответ.
Наташа не отвечала и пошла в свою комнату читать письмо княжны Марьи.
Княжна Марья писала, что она была в отчаянии от происшедшего между ними недоразумения. Какие бы ни были чувства ее отца, писала княжна Марья, она просила Наташу верить, что она не могла не любить ее как ту, которую выбрал ее брат, для счастия которого она всем готова была пожертвовать.
«Впрочем, писала она, не думайте, чтобы отец мой был дурно расположен к вам. Он больной и старый человек, которого надо извинять; но он добр, великодушен и будет любить ту, которая сделает счастье его сына». Княжна Марья просила далее, чтобы Наташа назначила время, когда она может опять увидеться с ней.
Прочтя письмо, Наташа села к письменному столу, чтобы написать ответ: «Chere princesse», [Дорогая княжна,] быстро, механически написала она и остановилась. «Что ж дальше могла написать она после всего того, что было вчера? Да, да, всё это было, и теперь уж всё другое», думала она, сидя над начатым письмом. «Надо отказать ему? Неужели надо? Это ужасно!»… И чтоб не думать этих страшных мыслей, она пошла к Соне и с ней вместе стала разбирать узоры.
После обеда Наташа ушла в свою комнату, и опять взяла письмо княжны Марьи. – «Неужели всё уже кончено? подумала она. Неужели так скоро всё это случилось и уничтожило всё прежнее»! Она во всей прежней силе вспоминала свою любовь к князю Андрею и вместе с тем чувствовала, что любила Курагина. Она живо представляла себя женою князя Андрея, представляла себе столько раз повторенную ее воображением картину счастия с ним и вместе с тем, разгораясь от волнения, представляла себе все подробности своего вчерашнего свидания с Анатолем.
«Отчего же бы это не могло быть вместе? иногда, в совершенном затмении, думала она. Тогда только я бы была совсем счастлива, а теперь я должна выбрать и ни без одного из обоих я не могу быть счастлива. Одно, думала она, сказать то, что было князю Андрею или скрыть – одинаково невозможно. А с этим ничего не испорчено. Но неужели расстаться навсегда с этим счастьем любви князя Андрея, которым я жила так долго?»
– Барышня, – шопотом с таинственным видом сказала девушка, входя в комнату. – Мне один человек велел передать. Девушка подала письмо. – Только ради Христа, – говорила еще девушка, когда Наташа, не думая, механическим движением сломала печать и читала любовное письмо Анатоля, из которого она, не понимая ни слова, понимала только одно – что это письмо было от него, от того человека, которого она любит. «Да она любит, иначе разве могло бы случиться то, что случилось? Разве могло бы быть в ее руке любовное письмо от него?»
Трясущимися руками Наташа держала это страстное, любовное письмо, сочиненное для Анатоля Долоховым, и, читая его, находила в нем отголоски всего того, что ей казалось, она сама чувствовала.
«Со вчерашнего вечера участь моя решена: быть любимым вами или умереть. Мне нет другого выхода», – начиналось письмо. Потом он писал, что знает про то, что родные ее не отдадут ее ему, Анатолю, что на это есть тайные причины, которые он ей одной может открыть, но что ежели она его любит, то ей стоит сказать это слово да , и никакие силы людские не помешают их блаженству. Любовь победит всё. Он похитит и увезет ее на край света.
«Да, да, я люблю его!» думала Наташа, перечитывая в двадцатый раз письмо и отыскивая какой то особенный глубокий смысл в каждом его слове.
В этот вечер Марья Дмитриевна ехала к Архаровым и предложила барышням ехать с нею. Наташа под предлогом головной боли осталась дома.


Вернувшись поздно вечером, Соня вошла в комнату Наташи и, к удивлению своему, нашла ее не раздетою, спящею на диване. На столе подле нее лежало открытое письмо Анатоля. Соня взяла письмо и стала читать его.
Она читала и взглядывала на спящую Наташу, на лице ее отыскивая объяснения того, что она читала, и не находила его. Лицо было тихое, кроткое и счастливое. Схватившись за грудь, чтобы не задохнуться, Соня, бледная и дрожащая от страха и волнения, села на кресло и залилась слезами.
«Как я не видала ничего? Как могло это зайти так далеко? Неужели она разлюбила князя Андрея? И как могла она допустить до этого Курагина? Он обманщик и злодей, это ясно. Что будет с Nicolas, с милым, благородным Nicolas, когда он узнает про это? Так вот что значило ее взволнованное, решительное и неестественное лицо третьего дня, и вчера, и нынче, думала Соня; но не может быть, чтобы она любила его! Вероятно, не зная от кого, она распечатала это письмо. Вероятно, она оскорблена. Она не может этого сделать!»
Соня утерла слезы и подошла к Наташе, опять вглядываясь в ее лицо.
– Наташа! – сказала она чуть слышно.
Наташа проснулась и увидала Соню.
– А, вернулась?
И с решительностью и нежностью, которая бывает в минуты пробуждения, она обняла подругу, но заметив смущение на лице Сони, лицо Наташи выразило смущение и подозрительность.
– Соня, ты прочла письмо? – сказала она.
– Да, – тихо сказала Соня.
Наташа восторженно улыбнулась.
– Нет, Соня, я не могу больше! – сказала она. – Я не могу больше скрывать от тебя. Ты знаешь, мы любим друг друга!… Соня, голубчик, он пишет… Соня…
Соня, как бы не веря своим ушам, смотрела во все глаза на Наташу.
– А Болконский? – сказала она.
– Ах, Соня, ах коли бы ты могла знать, как я счастлива! – сказала Наташа. – Ты не знаешь, что такое любовь…
– Но, Наташа, неужели то всё кончено?
Наташа большими, открытыми глазами смотрела на Соню, как будто не понимая ее вопроса.
– Что ж, ты отказываешь князю Андрею? – сказала Соня.
– Ах, ты ничего не понимаешь, ты не говори глупости, ты слушай, – с мгновенной досадой сказала Наташа.
– Нет, я не могу этому верить, – повторила Соня. – Я не понимаю. Как же ты год целый любила одного человека и вдруг… Ведь ты только три раза видела его. Наташа, я тебе не верю, ты шалишь. В три дня забыть всё и так…
– Три дня, – сказала Наташа. – Мне кажется, я сто лет люблю его. Мне кажется, что я никого никогда не любила прежде его. Ты этого не можешь понять. Соня, постой, садись тут. – Наташа обняла и поцеловала ее.
– Мне говорили, что это бывает и ты верно слышала, но я теперь только испытала эту любовь. Это не то, что прежде. Как только я увидала его, я почувствовала, что он мой властелин, и я раба его, и что я не могу не любить его. Да, раба! Что он мне велит, то я и сделаю. Ты не понимаешь этого. Что ж мне делать? Что ж мне делать, Соня? – говорила Наташа с счастливым и испуганным лицом.
– Но ты подумай, что ты делаешь, – говорила Соня, – я не могу этого так оставить. Эти тайные письма… Как ты могла его допустить до этого? – говорила она с ужасом и с отвращением, которое она с трудом скрывала.
– Я тебе говорила, – отвечала Наташа, – что у меня нет воли, как ты не понимаешь этого: я его люблю!
– Так я не допущу до этого, я расскажу, – с прорвавшимися слезами вскрикнула Соня.
– Что ты, ради Бога… Ежели ты расскажешь, ты мой враг, – заговорила Наташа. – Ты хочешь моего несчастия, ты хочешь, чтоб нас разлучили…
Увидав этот страх Наташи, Соня заплакала слезами стыда и жалости за свою подругу.
– Но что было между вами? – спросила она. – Что он говорил тебе? Зачем он не ездит в дом?
Наташа не отвечала на ее вопрос.
– Ради Бога, Соня, никому не говори, не мучай меня, – упрашивала Наташа. – Ты помни, что нельзя вмешиваться в такие дела. Я тебе открыла…
– Но зачем эти тайны! Отчего же он не ездит в дом? – спрашивала Соня. – Отчего он прямо не ищет твоей руки? Ведь князь Андрей дал тебе полную свободу, ежели уж так; но я не верю этому. Наташа, ты подумала, какие могут быть тайные причины ?
Наташа удивленными глазами смотрела на Соню. Видно, ей самой в первый раз представлялся этот вопрос и она не знала, что отвечать на него.
– Какие причины, не знаю. Но стало быть есть причины!
Соня вздохнула и недоверчиво покачала головой.
– Ежели бы были причины… – начала она. Но Наташа угадывая ее сомнение, испуганно перебила ее.
– Соня, нельзя сомневаться в нем, нельзя, нельзя, ты понимаешь ли? – прокричала она.
– Любит ли он тебя?
– Любит ли? – повторила Наташа с улыбкой сожаления о непонятливости своей подруги. – Ведь ты прочла письмо, ты видела его?
– Но если он неблагородный человек?
– Он!… неблагородный человек? Коли бы ты знала! – говорила Наташа.
– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.

В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.
– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.
– Наташа, – сказала она, – ты просила меня не говорить с тобой, я и не говорила, теперь ты сама начала. Наташа, я не верю ему. Зачем эта тайна?
– Опять, опять! – перебила Наташа.
– Наташа, я боюсь за тебя.
– Чего бояться?
– Я боюсь, что ты погубишь себя, – решительно сказала Соня, сама испугавшись того что она сказала.
Лицо Наташи опять выразило злобу.
– И погублю, погублю, как можно скорее погублю себя. Не ваше дело. Не вам, а мне дурно будет. Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя.
– Наташа! – испуганно взывала Соня.