Перу

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Республика Перу
исп. República del Perú
кечуа Piruw Mama Llaqta
аймара Piruw Suyu
Флаг Герб
Гимн: «Somos libres, seámoslo siempre»
Дата независимости 28 июля 1821 (от Испании)
Официальный язык испанский, в регионах с преобладанием индейского населения официальными являются языки кечуа, аймара и другие местные языки[1]
Столица Лима
Крупнейшие города Лима, Арекипа, Трухильо
Форма правления Президентская республика
Президент
Вице-президент
Вице-президент
Премьер-министр
Педро Пабло Кучински
Мартин Вискарра
Мерседес Араос
Фернандо Савала
Территория
• Всего
• % водной поверхн.
19-я в мире
1 285 216 км²
8,8
Население
• Оценка (2013)
• Перепись (2007)
Плотность

30 475 144[2] чел. (42-е)
28 220 764 чел.
23 чел./км²
ВВП
  • Итого (2013)
  • На душу населения

344.998 млрд[3] долл. (47-й)
9107[3] долл.
ИЧР (2013) 0,741[4] (высокий) (77-е место)
Валюта Перуанский новый соль (PEN, код 604)
Интернет-домен .pe
Телефонный код +51
Часовой пояс -5
Координаты: 8°48′00″ ю. ш. 74°58′00″ з. д. / 8.80000° ю. ш. 74.96667° з. д. / -8.80000; -74.96667 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=-8.80000&mlon=-74.96667&zoom=9 (O)] (Я)

Перу́ (исп. Perú, кечуа Piruw, аймара Piruw), официальное название — Респу́блика Перу́ (исп. República del Perú [reˈpuβlika ðel peˈɾu], кечуа Piruw Mama Llaqta [piˈruw ˈmama ˈʎaχta], аймара Piruw Suyu [piˈruw ˈsuju]), устаревшее русское произношение Пе́ру[5]государство в Южной Америке. Граничит на северо-западе с Эквадором, на севере — с Колумбией, на востоке — с Бразилией, на юго-востоке — с Боливией и Чили. На западе омывается Тихим океаном. Третья по площади (после Бразилии и Аргентины) страна Южной Америки.





Происхождение названия

Согласно докладу Хуана де Самано, секретаря Карла V, впервые название Перу упоминается в 1525 году в связи с первой экспедицией Франсиско Писарро и Диего де Альмагро[6].

История Перу

Ранний период

Первые жители на территории современного Перу появились в Х тысячелетии до н. э.[7] Они обитали в речных долинах побережья. Древняя цивилизация Норте-Чико была обнаружена на северно-центральном побережье страны. Она датируется периодом между 3000 и 1800 годами до н. э.[8]

Инка Пачакутек и Гарсиласо де ла Вега на перуанских солях

Государство инков

В XII веке в долине реки Урубамба возникло государство инков. Следует отметить, что инки — это не только этнос, но и правящий класс. За пять столетий инкское государство Тауантинсуйу превратилось в крупнейшую империю доколумбовой Америки. На севере граница проходила по реке Патия (Колумбия), на юге — по реке Мауле (Чили), на востоке власть инков распространялась на части территорий нынешних Бразилии, Парагвая и Аргентины. Одна из самых знаменитых крепостей инков — Мачу-Пикчу, находится именно в Перу.

Основной отраслью производства эпохи инков было земледелие. Земля разрыхлялась палками, плуг был неизвестен. Возделывались маис, маниока, картофель, томаты, бобы, табак, кока и хлопок. Из домашних животных разводились ламы. Из ремёсел значительного развития достигли ткачество из хлопка и шерсти, гончарство (без гончарного круга), обработка золота, серебра, меди и бронзы. Кузнечные мехи были неизвестны — огонь раздувался через медные трубы. Неизвестны были и гвозди — доски связывались ремнями. Из камней, сложенных без цемента, строились здания, мосты и дороги. Вместо письменности использовались разноцветные шнурки с узелками (кипу). Основная масса населения — земледельцы — жила общинами, совместно обрабатывая землю. Треть урожая поступала в собственность инков, другая треть — храмам. Кроме того, общины отбывали трудовую повинность на строительстве дорог, мостов, дворцов и поставляли инкам солдат, а также рабынь для гаремов инков и для обслуживания жрецов.

Испанское завоевание Перу

В 1524 году проживавшие в Панаме конкистадоры Франсиско Писарро, Диего де Альмагро и священник Эрнандо де Луке начали завоевание Перу. В 1529 Писарро был назначен наместником вновь открытых земель. В 1531 Писарро с отрядом из 227 солдат отправился в третью экспедицию. Он воспользовался междоусобной борьбой за власть двух братьев-инков Атауальпа и Уаскара, и в 1533 занял столицу Перу — Куско. Писарро устроил суд над Атауальпой, обвинив его в мятеже против Уаскара, и казнил его.

В 1535 Писарро основал город Лиму, ставший столицей Перу. Тем временем между Писарро и Альмагро вспыхнула борьба из-за захваченной территории, в результате Альмагро был убит в 1538, а Ф. Писарро в 1541.

В 1544 было учреждено вице-королевство Перу, первым вице-королём стал прибывший из Испании Бласко Нуньес Вела. Он ввёл новый закон, по которому индейцы после смерти конкистадоров переходили в собственность не к их наследникам, а во владение испанской короны. Это привело к восстанию конкистадоров во главе с Гонсало Писарро (братом Франсиско Писарро). Войска вице-короля Велы были разбиты, а сам он убит. Но через два года Гонсало Писарро и его соратники были разбиты войсками нового вице-короля.

Индейцы несколько раз устраивали восстания против испанцев. Самым крупным было восстание индейцев в 1780-81, во главе с Хосе Габриэлем Кондорканки, объявившим себя потомком последнего правителя-инки Тупак Амару и присвоившим себе его имя. Это восстание, как и все предыдущие, было разгромлено, а предводитель восставших казнён.

Борьба за независимость

В эпоху освободительного движения в Южной Америке в начале 19-го века Перу было оплотом испанского колониализма. Из Перу королевские войска посылались в Аргентину, Чили, Колумбию. Но в 1820 в Перу высадился десант из 4,5 тыс. повстанцев во главе с «генералом» Сан-Мартином, прибывшим из Чили. Он взял Лиму и, провозгласив 28 июля 1821 независимость Перу, стал диктатором («протектором»). Однако вскоре в Лиме вспыхнуло восстание против Сан-Мартина, он был вынужден отказаться от власти и вернулся в Чили. В июне 1823 испанцы возвратили себе владычество над Перу.

В 1824 в Перу с севера вторглись войска Сукре, сподвижника Боливара. Они окончательно разбили испанцев. Боливар разделил Перу на две страны — собственно Перу, которым стал править сам, и Боливию (названную в его честь), которую он отдал под правление Сукре.

Перу в XIX веке

История республики Перу в первые 20 лет её независимости заполнена борьбой с Боливией, восстаниями и переворотами. При президенте Кастилье с 1855 было отменено рабство. В 1864-65 Перу вместе с Чили, Боливией и Эквадором участвовало в войне против Испании. В 1879-83 шла Тихоокеанская война из-за боливийской провинции Антофагаста, богатой залежами селитры. В этой войне Чили начала военные действия против Боливии и Перу, заключивших военный союз. Перу потерпело поражение, чилийцы заняли почти всё южное побережье Перу и вошли в Лиму.

Перу до 1968

В 1918-19 годах происходили забастовки горняков, текстильщиков, портовых рабочих, перераставшие иногда в вооруженные столкновения с правительственными войсками. Рабочих поддержали студенчество, выступившее за реформу системы образования, и некоторая часть военнослужащих. В этих условиях финансист А. Легия совершил переворот и установил режим личной диктатуры (1919-30). Правительство Легии поощряло инвестиции американских компаний, особенно нефтяных, однако оно было вынуждено пойти на некоторые ограничения прав иностранных капиталистов. По конституции 1920 недра были объявлены государственным достоянием, собственность на землю регулировалась исключительно перуанскими законами. Крестьянские общины получили право юридического лица, были введены прогрессивно-подоходный налог и социальное страхование для трудящихся.

В условиях начавшегося в 1927 нового подъёма левого движения в 1928 под руководством Х. К. Мариатеги была основана Перуанская коммунистическая партия (ПКП), до 1930 называлась Социалистической партией. Коммунисты возглавили забастовки на принадлежавших североамериканским компаниям медных рудниках и нефтепромыслах, создали Всеобщую конфедерацию трудящихся, объединившую 90 тыс. чел., Федерацию батраков и индейцев.

Мировой экономический кризис 1929-33 особенно сильно поразил горнодобывающую промышленность. В 1930 произошли крупные стачки рабочих и служащих, крестьянские выступления, а также волнения на флоте и в армии. Лидеры левой апристской партии (её официальное наименование Американский народно-революционный альянс, испанское сокращение — АПРА) успешно сорвали усилия коммунистов, направленные на создание «народного антиимпериалистического фронта». В 1932 конгресс принял ряд законов, направленных против подрывных элементов. Власти получили право запрещать собрания, митинги, закрывать газеты. В апреле 1933 была введена новая конституция, установившая президентско-парламентский режим.

Перу после 1968

Политическое устройство

Перу — республика. Глава государства и правительства — президент, избираемый населением на пятилетний срок. Нынешний президент, с 2016, Педро Пабло Кучински — лидер партии «Перуанцы за перемены».

Парламент — однопалатный Конгресс республики Перу, 130 депутатов. По результатам выборов 2011, в конгрессе были представлены 5 блоков и 1 партия:

  • Блок «Побеждает Перу» (Gana Perú) — 47 (левый)
  • Блок «Сила 2011» («Fuerza 2011») — 37 (правый)
  • Блок «Возможное Перу» (Alianza Perú Posible) — 21 (центристский)
  • Блок «За Великие Изменения» (Alianza por el Gran Cambio) — 12 (центристский)
  • Блок «Национальная Солидарность» (Partido Solidaridad Nacional, PSN) — 9 (правоцентристская)
  • Американский народно-революционный альянс, АПРА (Partido Aprista Peruano, APRA) — 4 (левоцентристская)

Кроме того, имеются более 10 легальных партий, не представленных в парламенте, не менее четырёх коммунистических партий, а также несколько коммунистических партизанских группировок: Сияющий путь, Революционное движение Тупака Амару, Революционное левое движение.

Административное деление

До 2002 года государство делилось на 24 департамента — до образования новых регионов. 18 ноября 2002 года, в соответствии с вышедшим указом, территория была поделена на 25 регионов. Эти регионы образованы из провинций, которые, в свою очередь, состоят из районов. Таким образом, в Перу 195 провинций и 1833 района. Город Лима, столица, расположенная в центральной части побережья страны, входит в отдельную провинцию. Особенность провинции Лима-Метрополитана в том, что она не принадлежит числу всех 25 регионов.

Административное деление Перу
Регион ISO
UBIGEO
Административный центр Площадь
(км²)
Население
чел. (2007)
Плотность населения
(чел./км²)
Расположение
Амасонас AMA 01 Чачапояс 39 249,13 375 993 9,58
Анкаш ANC 02 Уарас 35 826 1 063 459 29,68
Апуримак APU 03 Абанкай 20 895,79 404 190 19,34
Арекипа ARE 04 Арекипа 63 345,39 1 152 303 18,19
Аякучо AYA 05 Аякучо 43 814,80 612 489 13,98
Кахамарка CAJ 06 Кахамарка 33 248 1 387 809 41,74
Кальяо CAL 07 Кальяо 146,98 876 877 5965,96
Куско CUS 08 Куско 71 892 1 171 403 16,29
Уанкавелика HUV 09 Уанкавелика 22 131,47 454 797 20,55
Уануко HUC 10 Уануко 36 938 762 223 20,64
Ика ICA 11 Ика 21 327,83 711 932 33,38
Хунин JUN 12 Уанкайо 44 410 1 225 474 27,59
Ла-Либертад LAL 13 Трухильо 25 570 1 617 050 63,24
Ламбаеке LAM 14 Чиклайо 14 231,30 1 112 868 78,20
Лима LIM 15 Уачо 32 137 839 469 26,12
Лорето LOR 16 Икитос 368 851,95 891 732 2,42
Мадре-де-Дьос MDD 17 Пуэрто-Мальдонадо 85 183 109 555 1,29
Мокегуа MOQ 18 Мокегуа 15 733,97 161 533 10,27
Паско PAS 19 Серро-де-Паско 25 319,59 280 449 11,08
Пьюра PIU 20 Пьюра 35 892,49 1 676 315 46,70
Пуно PUN 21 Пуно 71 999 1 268 441 17,62
Сан-Мартин SAM 22 Мойобамба 51 253,31 728 808 14,22
Такна TAC 23 Такна 16 075,89 288 781 17,96
Тумбес TUM 24 Тумбес 4 669,20 200 306 42,90
Укаяли UCA 25 Пукальпа 102 410,55 432 159 4,22
Лима-Метрополитана Лима 2 665 7 605 742 2853,94

Географические данные

На западе, вдоль берега Тихого океана, узкая полоса пустынных береговых равнин (Коста). Восточнее — горный пояс Анд (Сьерра), высотой до 6768 м (гора Уаскаран). На востоке — Амазонская низменность (Сельва), переходящая на юге в предгорную равнину (Монтанья).

Среднемесячные температуры на побережье 15-25 °C, в Андах, на плоскогорьях от 5 до 16 °C, на равнине 24-27 °C. Осадков от 700 до 3000 мм в год.

На западных склонах Анд — редкие кустарники, кактусы; на внутренних плоскогорьях, на севере и востоке — высокогорные тропические степи, на юго-востоке — полупустыни. На восточных склонах Анд и на равнинах Сельвы — влажные вечнозеленые леса.

Из рек крупнейшая — Амазонка, из озёр — Титикака, Ханин.

Самой западной точкой Перу является мыс Париньяс.

Перу имеет сухопутные границы с пятью странами: Боливией — 1075 километров, Бразилией — 2995 километров, Чили — 171 километр, Колумбией — 1800 километров и Эквадором — 1420 километров.

Вся территория страны находится в сейсмоопасной зоне, сильные землетрясения в Перу происходят примерно с периодичностью раз в год. Сейсмоопасность связана с тем что на океанском побережье Перу образовалась зона субдукции, связанная с наплыванием Южно-Американской плиты на погрузившуюся под неё плиту Наска.

Экономика

Природные ресурсы — медь, серебро, золото, нефть, лес, железная руда, уголь, фосфаты, гидроэнергия, газ.

Перу — аграрная страна с развитой горнодобывающей и развивающейся обрабатывающей промышленностью.

ВВП на душу населения в 2009 году — 8,6 тыс. долл. (115-е место в мире). Безработица — 9 % (в 2009), ниже уровня бедности — 45 % населения (в 2006).

Промышленность (25 % ВВП, 24 % работающих) — добыча и обработка минеральных ископаемых; выплавка стали и других металлов; добыча и переработка нефти и газа; обработка рыбы, текстиль, одежда, пищевая промышленность.

Сельское хозяйство (8 % ВВП, 0,7 % работающих) — спаржа, кофе, какао, хлопчатник, сахарный тростник, рис, картофель, кукуруза, виноград, апельсины, ананасы, гуава, бананы, яблоки, лимоны, персики, кока, помидоры, манго, ячмень, лекарственные растения, кокосы, пшеница, бобы; птица, мясо-молочное животноводство; рыболовство, морские свинки.

Сфера обслуживания — 67 % ВВП, 75 % работающих.

Внешняя торговля

Экспорт — $31,5 млрд (в 2008 году) — медь, золото, цинк, сырая нефть и нефтепродукты, кофе, картофель, спаржа, текстиль, обработанная рыба.

Основные покупатели — США 20 %, Китай 15,2 %, Канада 8,3 %, Япония 7 %, Чили 5,8 %, Бразилия 4,2 %.

Импорт — $28,4 млрд (в 2008 году) — нефтепродукты, пластмассы, станки и оборудование, автомобили, бумага.

Основные поставщики — США 23,4 %, Китай 10,5 %, Бразилия 8,7 %, Эквадор 6,4 %, Чили 5 %, Аргентина 5 %.

Вооружённые силы

Население

Год Население
1 1 000 000
500 1 300 000
1000 1 500 000
1300 3 000 000
1500 6 700 000
1600 4 500 000
1700 2 500 000
1800 2 500 000
1900 4 836 000
1950 7 969 000
2000 25 952 000
2012 30 300 000

Численность населения — 31 586 106 (оценка на 2015)[9].

Годовой прирост — 1,2 % (фертильность — 2,3 рождений на женщину).

Средняя продолжительность жизни — 69 лет у мужчин, 73 года у женщин.

Городское население — 71 % (в 2008).

Заражённость вирусом иммунодефицита (ВИЧ) — 0,5 % (оценка 2007).

Этно-расовый состав — индейцы 45 %, метисы 37 %, белые 15 %, японцы 1 %, афроамериканцы, китайцы и прочие 2 %.

Языки: официальные — испанский и кечуа, распространены аймара и другие индейские языки.

Грамотность — 96 % мужчин и 89 % женщин (по переписи 2007 года).

Религии — католики 81,3 %, евангелисты 12,5 %, другие 3,3 %, неопределившиеся и атеисты 2,9 % (по переписи 2007 года). Среди евангельских групп следует отметить сторонников Ассамблей Бога, адвентистов и баптистов.

Индейские цивилизации

Как и население соседних латиноамериканских государств, население Перу является отражением этнографической картины Южной Америки, отражающей автохтонные элементы, волны европейских миграций и разнообразное смешение культур и языков. Вплоть до середины XVI века территория Перу была центром империи инков — одного из наиболее высокоразвитых индейских племён, сумевшего наладить цивилизацию в условиях сурового высокогорного климата.

Испанские колониальные захваты

К концу XVI века Перу стала частью колониальных владений испанцев, протянувшихся на тысячи километров вдоль западного побережья обоих континентов. Став одним из двух главных центров колониальной империи (наряду с Мехико), Лима стала центром испанской иммиграции, которая, однако, была немногочисленной. Основная масса прибывших из Испании в тот период оседала либо в Лиме, либо в других прибрежных городах. Большинство поселенцев — испанские мужчины — быстро смешались с индейскими женщинами, дав начало обширной группе испаноязычных креолов и метисов. В целом испанская культура Средиземноморья довольно гармонично вписалась в перуанские реалии и, несмотря на некоторые конфликты с индейцами и болезни, занесённые европейцами, она не привела к почти тотальному коллапсу или геноциду коренного населения, имевшему место в США и Канаде. Восточные районы Перу (сьерра и сельва) были слабо затронуты европейским влиянием, и в них до наших дней сохраняются почти нетронутыми индейские обычаи и культура, хотя испанский язык становится всё более распространённым.

Современность

В современной стране население условно подразделяется на три части по количеству ландшафтных групп в стране. Наиболее заселены коста (побережье Тихого океана) и сьерра (прилежащие горные долины), менее всего — сельва Амазонки на востоке страны. Значительная часть населения имеет смешанное происхождение. В столице и на побережье проживает некоторое количество (10 % населения) преимущественно европейского (в основном испанского, но также французского, итальянского и немецкого — более поздние иммигранты конца 19 — начала 20 веков) происхождения, составляющие политическую и экономическую элиту современного Перу. Наряду с ними в столице проживают группы азиатов, преимущественно китайского и японского происхождения, также играющих важную роль в экономической жизни страны. Японцем по происхождению является и бывший президент Перу — Альберто Фухимори. Большинство населения косты — испаноязычные метисы католического вероисповедания. В горах и на востоке страны преобладают люди индейского происхождения, составляющие около 52 % населения страны.

Язык

Многие индейцы уже в значительной степени ассимилированы и говорят на испанском языке. Если в начале XX века он был родным лишь для трети перуанцев, то к 1960 году — для более чем 60 %, в настоящее время (по данным переписи 2001 года) — для более чем 80 %, хотя автохтонные языки (кечуа и аймара) тоже являются официальными, но также испытывают сильное влияние испанского, который, в свою очередь, представляет собой своеобразный языковой вариант, испытывающий влияние коренных языков.

6 самых густонаселенных городских районов

6 самых густонаселенных городских районов


Лима

Трухильо

Арекипа

# Город Регион Численность населения
1 Лима Лима 9 450 585
2 Трухильо Ла-Либертад 906 313
3 Арекипа Арекипа 886 708
4 Чиклайо Ламбаеке 782 955
5 Уанкайо Хунин 496 717
6 Икитос Лорето 457 865
* Оценки численности населения за год 2012[10][11].
** Конформация крупных мегаполисах: Лима[12], Трухильо[13]К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1436 дней], Арекипа[14], Чиклайо[15].

Культура

До испанской колонизации искусство на территории нынешнего Перу развивалось в ремёслах: гончарном, обработке камня, ювелирном, прядильном.

Литература в Перу уходит своими корнями в традиции устного творчества доколумбовых цивилизаций. Среди ярких представителей перуанской литературы Рикардо Пальма, Сиро Алегрия, Хосе Мария Аргедас, Сесар Вальехо, Марио Варгас Льоса.

Музыка

  • [www.lostroveroscriollos.com/video.php?contentID=238 Национальный танец маринера с севера Перу]
  • [www.lostroveroscriollos.com/video.php?contentID=239 Национальный танец маринера из Лимы]
  • [www.lostroveroscriollos.com/video.php?contentID=73 Перуанская музыка в честь Анны Павловой]

Праздники

  • 1 января — Новый год
  • 18 января — Неделя основания Лимы в Перу
  • Первая суббота февраля — День Писко Сур
  • Подвижная дата в марте-апреле — Чистый Четверг
  • Подвижная дата в марте-апреле — Страстная Пятница
  • 1 мая — День Труда
  • Первая суббота июня — День Рома[16]
  • 28 июня — День Севиче
  • 29 июня — День Святых Петра и Павла
  • 28 июля — День Независимости (1821)
  • 29 июля — День Независимости (второй день празднования)
  • 30 августа — Санта-Роса-де-Лима (праздник отмечается в столице)
  • 8 октября — Годовщина морского сражения при Ангамос (1879)
  • 1 ноября — День Всех Святых
  • 8 декабря — Непорочное Зачатие
  • 25 декабря — Рождество

СМИ

Государственная телерадиокомпания IRTP включает в себя телеканал TV Perú, TV Perú Internacional, радиостанции Radio Nacional del Perú (запущена в 1925 году), Radio La Crónica AM (запущена в 1935 году), Radio Filarmonía (запущена в 1984 году), Radio Internacional del Perú.

Различные вопросы

Внешняя политика

Россия и Перу

C 21 июня 2011 года между двумя странами действует безвизовый режим. Граждане Российской Федерации и граждане Республики Перу, являющиеся владельцами действительных паспортов, за исключением дипломатических, служебных и официальных, дающих право на пересечение границы, могут въезжать, выезжать, следовать транзитом и пребывать на территории другого государства без виз до 90 дней в течение каждого периода в 180 дней, начиная с даты их первого въезда[17]. Ранее властями Перу был введен в одностороннем порядке безвизовый режим для граждан России, прибывающих с целью туризма в эту страну на срок не более 90 дней.

См. также

Напишите отзыв о статье "Перу"

Примечания

  1. www.tc.gob.pe/constitucion.pdf
    Son idiomas oficiales el castellano y, en las zonas donde predominen, también lo son el quechua, el aimara y las demás lenguas aborígenes, según la ley.

    — Constitución Política del Perú, 1993. Art. 48

  2. [www.inei.gob.pe/perucifrasHTM/inf-dem/cuadro.asp?cod=3642&name=po01&ext=gif Перу в цифрах]. Проверено 17 июня 2013. [www.webcitation.org/6HSKz8TAw Архивировано из первоисточника 18 июня 2013].
  3. 1 2 [www.imf.org/external/pubs/ft/weo/2013/01/weodata/weorept.aspx?sy=2011&ey=2018&scsm=1&ssd=1&sort=country&ds=.&br=1&pr1.x=52&pr1.y=3&c=273%2C228%2C233%2C293%2C238&s=NGDPD%2CNGDPDPC%2CPPPGDP%2CPPPPC&grp=0&a= Peru]. International Monetary Fund.
  4. [hdr.undp.org/en/media/HDR_2013_EN_complete.pdf Human Development Report 2013] (англ.). United Nations Development Programme (2013). [www.webcitation.org/6IqDzz4je Архивировано из первоисточника 13 августа 2013].
  5. Владимир Маяковский. [slova.org.ru/mayakovskiy/gimnsudie/ Гимн судье]. Поэты «Серебряного века» (1915). Проверено 22 декабря 2009. [www.webcitation.org/6177Y5j4Y Архивировано из первоисточника 22 августа 2011].
  6. Хуан де Самано. [kuprienko.info/juan-de-samanos-relacion-de-los-primeros-descubrimientos-de-francisco-pizarro-y-diego-de-almagro-1526-al-ruso/ Доклад о первых открытиях Франсиско Писарро и Диего де Альмагро, 1526 г.]. www.kuprienko.info (А.Скромницкий) (8 ноября 2009). — Первый документ об обнаружении Перу, из книги "Colleccion de documentos ineditos para la historia de España". – Tomo V, Madrid, Imprenta de la viuda de Calero, 1844. pp. 193-201. Проверено 17 ноября 2012. [archive.is/Uj7I Архивировано из первоисточника 9 декабря 2012].
  7. Tom Dillehay et al, «The first settlers», с. 20.
  8. Haas, Jonathan; Winifred Creamer, Alvaro Ruiz (23 December 2004). «Dating the Late Archaic occupation of the Norte Chico region in Peru». Nature 432: 1020-1023. DOI:10.1038/nature03146. Проверено 2007-01-31.
  9. [countrymeters.info/ru/Peru население перу].
  10. [www.inei.gob.pe/biblioineipub/bancopub/Est/Lib0842/cuadros/cd005.xls Población Estimada y Proyectada, 2000-2015] (XLS) (30 june, 2012). [www.webcitation.org/67yUI9c9p Архивировано из первоисточника 27 мая 2012].
  11. [www.inei.gob.pe/biblioineipub/bancopub/Est/Lib0842/cuadros/c13005.xls INEI Statistics- year 2012]. [www.webcitation.org/67yUIbcsS Архивировано из первоисточника 27 мая 2012].
  12. [www.inei.gob.pe/biblioineipub/bancopub/Est/LIb0002/cap0103.htm INEI - LIMA METROPOLITANA: DISTRIBUCION DE LA POBLACION TOTAL, SEGUN DISTRITOS 1972, 1981 y 1993]. [www.webcitation.org/67yUJ2MYc Архивировано из первоисточника 27 мая 2012].
  13. [www.plandet.gob.pe/images/DESCARGAS/plan_estrategico_de_desarrollo_integral_y_sostenible_de_trujillo.pdf Plan Estratégico de desarrollo integral y sostenible de Trujillo (Pag. 15)].
  14. [www.caparequipa.org/attachments/324_Plan%20Director%20de%20Arequipa%20Metropolitana.pdf Plan Director de Arequipa Metropolitana 2002–2015 (Pag. 22)]. [web.archive.org/web/20120402173651/www.caparequipa.org/attachments/324_Plan%20Director%20de%20Arequipa%20Metropolitana.pdf Архивировано из первоисточника 2 апреля 2012].
  15. [www.munichiclayo.gob.pe/Municipalidad/Presentacion/Documentos/PDF_PDUA/PDUA_CAP_III_P2.pdf MODERNIZACION DE LA GESTION DEL DESARROLLO URBANO DE LA PROVINCIA DE CHICLAYO (Pag. 6)]. [www.webcitation.org/67yUcQ5bs Архивировано из первоисточника 27 мая 2012].
  16. [www.buenolatina.ru/news.php?id=152 BuenoLatina. День Рома в Перу]
  17. [www.km.ru/v-rossii/2011/06/21/mezhdunarodnye-otnosheniya/mezhdu-rossiei-i-peru-nachal-deistvovat-bezvizovyi-re Между Россией и Перу начал действовать безвизовый режим]

Литература

Ссылки

  • [www.peru.gob.pe/ Официальный сайт правительства Перу]
  • [peru.mybb.ru/ Perú en ruso — Форум русских перуанцев]
  • [liberea.gerodot.ru/neoglot/selitvo.htm Война за селитру] — В Лебереи «Нового Геродота»
  • [www.tomovl.ru/painting/Machu_Picchu.html Перу — интерактивная карта. Главное чудо Южной Америки Мачу-Пикчу.]
  • [www.conflictologist.org/main/konflikty-vojni-perevoroti-v-latinskoj-amerike.htm#peru Материалы по новейшей истории Перу]
  • [www.geomosaic.ru/pindex.php?cid=11 Более 500 фотографий о Перу] на Геомозаике
  • [www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/pe.html Данные о Перу в Книге Фактов ЦРУ]
  • Ю. Е. Березкин [www.indiansworld.org/Nonmeso/mochica_berezkin.html «Из истории древнего Перу: Социальная структура мочика сквозь призму мифологии»], [www.indiansworld.org/Nonmeso/north_coast_peru.html «Культурная преемственность на северном побережье Перу в V—XV вв.»]
  • Джеффри Бушнелл [www.indiansworld.org/Nonmeso/inca_peru.html «Перу. От ранних охотников до империи инков»]
  • Педро де Сьеса де Леон «Хроника Перу [www.indiansworld.org/Nonmeso/pedro_cieza_leon_peru.html Часть Первая], [www.indiansworld.org/Nonmeso/pedro_cieza_leon2_peru.html Часть Вторая. Владычество Инков]» (пер. с испанского оригинала 1553 года: А.Скромницкий)
  • Фернандо де Монтесинос, [www.indiansworld.org/Nonmeso/fernando_montesinos_peru.html «Древние исторические и политические памятные сведения о Перу»] (пер. В. Н. Талах)
  • [www.tiwy.com/pais/peru/rus.phtml Фоторепортажи из Перу]

Отрывок, характеризующий Перу

– Ну, прощавай! Петр Кириллович, кажись? Прощавай, Петр Кириллович! – сказали другие голоса.
– Прощайте, – сказал Пьер и направился с своим берейтором к постоялому двору.
«Надо дать им!» – подумал Пьер, взявшись за карман. – «Нет, не надо», – сказал ему какой то голос.
В горницах постоялого двора не было места: все были заняты. Пьер прошел на двор и, укрывшись с головой, лег в свою коляску.


Едва Пьер прилег головой на подушку, как он почувствовал, что засыпает; но вдруг с ясностью почти действительности послышались бум, бум, бум выстрелов, послышались стоны, крики, шлепанье снарядов, запахло кровью и порохом, и чувство ужаса, страха смерти охватило его. Он испуганно открыл глаза и поднял голову из под шинели. Все было тихо на дворе. Только в воротах, разговаривая с дворником и шлепая по грязи, шел какой то денщик. Над головой Пьера, под темной изнанкой тесового навеса, встрепенулись голубки от движения, которое он сделал, приподнимаясь. По всему двору был разлит мирный, радостный для Пьера в эту минуту, крепкий запах постоялого двора, запах сена, навоза и дегтя. Между двумя черными навесами виднелось чистое звездное небо.
«Слава богу, что этого нет больше, – подумал Пьер, опять закрываясь с головой. – О, как ужасен страх и как позорно я отдался ему! А они… они все время, до конца были тверды, спокойны… – подумал он. Они в понятии Пьера были солдаты – те, которые были на батарее, и те, которые кормили его, и те, которые молились на икону. Они – эти странные, неведомые ему доселе они, ясно и резко отделялись в его мысли от всех других людей.
«Солдатом быть, просто солдатом! – думал Пьер, засыпая. – Войти в эту общую жизнь всем существом, проникнуться тем, что делает их такими. Но как скинуть с себя все это лишнее, дьявольское, все бремя этого внешнего человека? Одно время я мог быть этим. Я мог бежать от отца, как я хотел. Я мог еще после дуэли с Долоховым быть послан солдатом». И в воображении Пьера мелькнул обед в клубе, на котором он вызвал Долохова, и благодетель в Торжке. И вот Пьеру представляется торжественная столовая ложа. Ложа эта происходит в Английском клубе. И кто то знакомый, близкий, дорогой, сидит в конце стола. Да это он! Это благодетель. «Да ведь он умер? – подумал Пьер. – Да, умер; но я не знал, что он жив. И как мне жаль, что он умер, и как я рад, что он жив опять!» С одной стороны стола сидели Анатоль, Долохов, Несвицкий, Денисов и другие такие же (категория этих людей так же ясно была во сне определена в душе Пьера, как и категория тех людей, которых он называл они), и эти люди, Анатоль, Долохов громко кричали, пели; но из за их крика слышен был голос благодетеля, неумолкаемо говоривший, и звук его слов был так же значителен и непрерывен, как гул поля сраженья, но он был приятен и утешителен. Пьер не понимал того, что говорил благодетель, но он знал (категория мыслей так же ясна была во сне), что благодетель говорил о добре, о возможности быть тем, чем были они. И они со всех сторон, с своими простыми, добрыми, твердыми лицами, окружали благодетеля. Но они хотя и были добры, они не смотрели на Пьера, не знали его. Пьер захотел обратить на себя их внимание и сказать. Он привстал, но в то же мгновенье ноги его похолодели и обнажились.
Ему стало стыдно, и он рукой закрыл свои ноги, с которых действительно свалилась шинель. На мгновение Пьер, поправляя шинель, открыл глаза и увидал те же навесы, столбы, двор, но все это было теперь синевато, светло и подернуто блестками росы или мороза.
«Рассветает, – подумал Пьер. – Но это не то. Мне надо дослушать и понять слова благодетеля». Он опять укрылся шинелью, но ни столовой ложи, ни благодетеля уже не было. Были только мысли, ясно выражаемые словами, мысли, которые кто то говорил или сам передумывал Пьер.
Пьер, вспоминая потом эти мысли, несмотря на то, что они были вызваны впечатлениями этого дня, был убежден, что кто то вне его говорил их ему. Никогда, как ему казалось, он наяву не был в состоянии так думать и выражать свои мысли.
«Война есть наитруднейшее подчинение свободы человека законам бога, – говорил голос. – Простота есть покорность богу; от него не уйдешь. И они просты. Они, не говорят, но делают. Сказанное слово серебряное, а несказанное – золотое. Ничем не может владеть человек, пока он боится смерти. А кто не боится ее, тому принадлежит все. Ежели бы не было страдания, человек не знал бы границ себе, не знал бы себя самого. Самое трудное (продолжал во сне думать или слышать Пьер) состоит в том, чтобы уметь соединять в душе своей значение всего. Все соединить? – сказал себе Пьер. – Нет, не соединить. Нельзя соединять мысли, а сопрягать все эти мысли – вот что нужно! Да, сопрягать надо, сопрягать надо! – с внутренним восторгом повторил себе Пьер, чувствуя, что этими именно, и только этими словами выражается то, что он хочет выразить, и разрешается весь мучащий его вопрос.
– Да, сопрягать надо, пора сопрягать.
– Запрягать надо, пора запрягать, ваше сиятельство! Ваше сиятельство, – повторил какой то голос, – запрягать надо, пора запрягать…
Это был голос берейтора, будившего Пьера. Солнце било прямо в лицо Пьера. Он взглянул на грязный постоялый двор, в середине которого у колодца солдаты поили худых лошадей, из которого в ворота выезжали подводы. Пьер с отвращением отвернулся и, закрыв глаза, поспешно повалился опять на сиденье коляски. «Нет, я не хочу этого, не хочу этого видеть и понимать, я хочу понять то, что открывалось мне во время сна. Еще одна секунда, и я все понял бы. Да что же мне делать? Сопрягать, но как сопрягать всё?» И Пьер с ужасом почувствовал, что все значение того, что он видел и думал во сне, было разрушено.
Берейтор, кучер и дворник рассказывали Пьеру, что приезжал офицер с известием, что французы подвинулись под Можайск и что наши уходят.
Пьер встал и, велев закладывать и догонять себя, пошел пешком через город.
Войска выходили и оставляли около десяти тысяч раненых. Раненые эти виднелись в дворах и в окнах домов и толпились на улицах. На улицах около телег, которые должны были увозить раненых, слышны были крики, ругательства и удары. Пьер отдал догнавшую его коляску знакомому раненому генералу и с ним вместе поехал до Москвы. Доро гой Пьер узнал про смерть своего шурина и про смерть князя Андрея.

Х
30 го числа Пьер вернулся в Москву. Почти у заставы ему встретился адъютант графа Растопчина.
– А мы вас везде ищем, – сказал адъютант. – Графу вас непременно нужно видеть. Он просит вас сейчас же приехать к нему по очень важному делу.
Пьер, не заезжая домой, взял извозчика и поехал к главнокомандующему.
Граф Растопчин только в это утро приехал в город с своей загородной дачи в Сокольниках. Прихожая и приемная в доме графа были полны чиновников, явившихся по требованию его или за приказаниями. Васильчиков и Платов уже виделись с графом и объяснили ему, что защищать Москву невозможно и что она будет сдана. Известия эти хотя и скрывались от жителей, но чиновники, начальники различных управлений знали, что Москва будет в руках неприятеля, так же, как и знал это граф Растопчин; и все они, чтобы сложить с себя ответственность, пришли к главнокомандующему с вопросами, как им поступать с вверенными им частями.
В то время как Пьер входил в приемную, курьер, приезжавший из армии, выходил от графа.
Курьер безнадежно махнул рукой на вопросы, с которыми обратились к нему, и прошел через залу.
Дожидаясь в приемной, Пьер усталыми глазами оглядывал различных, старых и молодых, военных и статских, важных и неважных чиновников, бывших в комнате. Все казались недовольными и беспокойными. Пьер подошел к одной группе чиновников, в которой один был его знакомый. Поздоровавшись с Пьером, они продолжали свой разговор.
– Как выслать да опять вернуть, беды не будет; а в таком положении ни за что нельзя отвечать.
– Да ведь вот, он пишет, – говорил другой, указывая на печатную бумагу, которую он держал в руке.
– Это другое дело. Для народа это нужно, – сказал первый.
– Что это? – спросил Пьер.
– А вот новая афиша.
Пьер взял ее в руки и стал читать:
«Светлейший князь, чтобы скорей соединиться с войсками, которые идут к нему, перешел Можайск и стал на крепком месте, где неприятель не вдруг на него пойдет. К нему отправлено отсюда сорок восемь пушек с снарядами, и светлейший говорит, что Москву до последней капли крови защищать будет и готов хоть в улицах драться. Вы, братцы, не смотрите на то, что присутственные места закрыли: дела прибрать надобно, а мы своим судом с злодеем разберемся! Когда до чего дойдет, мне надобно молодцов и городских и деревенских. Я клич кликну дня за два, а теперь не надо, я и молчу. Хорошо с топором, недурно с рогатиной, а всего лучше вилы тройчатки: француз не тяжеле снопа ржаного. Завтра, после обеда, я поднимаю Иверскую в Екатерининскую гошпиталь, к раненым. Там воду освятим: они скорее выздоровеют; и я теперь здоров: у меня болел глаз, а теперь смотрю в оба».
– А мне говорили военные люди, – сказал Пьер, – что в городе никак нельзя сражаться и что позиция…
– Ну да, про то то мы и говорим, – сказал первый чиновник.
– А что это значит: у меня болел глаз, а теперь смотрю в оба? – сказал Пьер.
– У графа был ячмень, – сказал адъютант, улыбаясь, – и он очень беспокоился, когда я ему сказал, что приходил народ спрашивать, что с ним. А что, граф, – сказал вдруг адъютант, с улыбкой обращаясь к Пьеру, – мы слышали, что у вас семейные тревоги? Что будто графиня, ваша супруга…
– Я ничего не слыхал, – равнодушно сказал Пьер. – А что вы слышали?
– Нет, знаете, ведь часто выдумывают. Я говорю, что слышал.
– Что же вы слышали?
– Да говорят, – опять с той же улыбкой сказал адъютант, – что графиня, ваша жена, собирается за границу. Вероятно, вздор…
– Может быть, – сказал Пьер, рассеянно оглядываясь вокруг себя. – А это кто? – спросил он, указывая на невысокого старого человека в чистой синей чуйке, с белою как снег большою бородой, такими же бровями и румяным лицом.
– Это? Это купец один, то есть он трактирщик, Верещагин. Вы слышали, может быть, эту историю о прокламации?
– Ах, так это Верещагин! – сказал Пьер, вглядываясь в твердое и спокойное лицо старого купца и отыскивая в нем выражение изменничества.
– Это не он самый. Это отец того, который написал прокламацию, – сказал адъютант. – Тот молодой, сидит в яме, и ему, кажется, плохо будет.
Один старичок, в звезде, и другой – чиновник немец, с крестом на шее, подошли к разговаривающим.
– Видите ли, – рассказывал адъютант, – это запутанная история. Явилась тогда, месяца два тому назад, эта прокламация. Графу донесли. Он приказал расследовать. Вот Гаврило Иваныч разыскивал, прокламация эта побывала ровно в шестидесяти трех руках. Приедет к одному: вы от кого имеете? – От того то. Он едет к тому: вы от кого? и т. д. добрались до Верещагина… недоученный купчик, знаете, купчик голубчик, – улыбаясь, сказал адъютант. – Спрашивают у него: ты от кого имеешь? И главное, что мы знаем, от кого он имеет. Ему больше не от кого иметь, как от почт директора. Но уж, видно, там между ними стачка была. Говорит: ни от кого, я сам сочинил. И грозили и просили, стал на том: сам сочинил. Так и доложили графу. Граф велел призвать его. «От кого у тебя прокламация?» – «Сам сочинил». Ну, вы знаете графа! – с гордой и веселой улыбкой сказал адъютант. – Он ужасно вспылил, да и подумайте: этакая наглость, ложь и упорство!..
– А! Графу нужно было, чтобы он указал на Ключарева, понимаю! – сказал Пьер.
– Совсем не нужно», – испуганно сказал адъютант. – За Ключаревым и без этого были грешки, за что он и сослан. Но дело в том, что граф очень был возмущен. «Как же ты мог сочинить? – говорит граф. Взял со стола эту „Гамбургскую газету“. – Вот она. Ты не сочинил, а перевел, и перевел то скверно, потому что ты и по французски, дурак, не знаешь». Что же вы думаете? «Нет, говорит, я никаких газет не читал, я сочинил». – «А коли так, то ты изменник, и я тебя предам суду, и тебя повесят. Говори, от кого получил?» – «Я никаких газет не видал, а сочинил». Так и осталось. Граф и отца призывал: стоит на своем. И отдали под суд, и приговорили, кажется, к каторжной работе. Теперь отец пришел просить за него. Но дрянной мальчишка! Знаете, эдакой купеческий сынишка, франтик, соблазнитель, слушал где то лекции и уж думает, что ему черт не брат. Ведь это какой молодчик! У отца его трактир тут у Каменного моста, так в трактире, знаете, большой образ бога вседержителя и представлен в одной руке скипетр, в другой держава; так он взял этот образ домой на несколько дней и что же сделал! Нашел мерзавца живописца…


В середине этого нового рассказа Пьера позвали к главнокомандующему.
Пьер вошел в кабинет графа Растопчина. Растопчин, сморщившись, потирал лоб и глаза рукой, в то время как вошел Пьер. Невысокий человек говорил что то и, как только вошел Пьер, замолчал и вышел.
– А! здравствуйте, воин великий, – сказал Растопчин, как только вышел этот человек. – Слышали про ваши prouesses [достославные подвиги]! Но не в том дело. Mon cher, entre nous, [Между нами, мой милый,] вы масон? – сказал граф Растопчин строгим тоном, как будто было что то дурное в этом, но что он намерен был простить. Пьер молчал. – Mon cher, je suis bien informe, [Мне, любезнейший, все хорошо известно,] но я знаю, что есть масоны и масоны, и надеюсь, что вы не принадлежите к тем, которые под видом спасенья рода человеческого хотят погубить Россию.
– Да, я масон, – отвечал Пьер.
– Ну вот видите ли, мой милый. Вам, я думаю, не безызвестно, что господа Сперанский и Магницкий отправлены куда следует; то же сделано с господином Ключаревым, то же и с другими, которые под видом сооружения храма Соломона старались разрушить храм своего отечества. Вы можете понимать, что на это есть причины и что я не мог бы сослать здешнего почт директора, ежели бы он не был вредный человек. Теперь мне известно, что вы послали ему свой. экипаж для подъема из города и даже что вы приняли от него бумаги для хранения. Я вас люблю и не желаю вам зла, и как вы в два раза моложе меня, то я, как отец, советую вам прекратить всякое сношение с такого рода людьми и самому уезжать отсюда как можно скорее.
– Но в чем же, граф, вина Ключарева? – спросил Пьер.
– Это мое дело знать и не ваше меня спрашивать, – вскрикнул Растопчин.
– Ежели его обвиняют в том, что он распространял прокламации Наполеона, то ведь это не доказано, – сказал Пьер (не глядя на Растопчина), – и Верещагина…
– Nous y voila, [Так и есть,] – вдруг нахмурившись, перебивая Пьера, еще громче прежнего вскрикнул Растопчин. – Верещагин изменник и предатель, который получит заслуженную казнь, – сказал Растопчин с тем жаром злобы, с которым говорят люди при воспоминании об оскорблении. – Но я не призвал вас для того, чтобы обсуждать мои дела, а для того, чтобы дать вам совет или приказание, ежели вы этого хотите. Прошу вас прекратить сношения с такими господами, как Ключарев, и ехать отсюда. А я дурь выбью, в ком бы она ни была. – И, вероятно, спохватившись, что он как будто кричал на Безухова, который еще ни в чем не был виноват, он прибавил, дружески взяв за руку Пьера: – Nous sommes a la veille d'un desastre publique, et je n'ai pas le temps de dire des gentillesses a tous ceux qui ont affaire a moi. Голова иногда кругом идет! Eh! bien, mon cher, qu'est ce que vous faites, vous personnellement? [Мы накануне общего бедствия, и мне некогда быть любезным со всеми, с кем у меня есть дело. Итак, любезнейший, что вы предпринимаете, вы лично?]
– Mais rien, [Да ничего,] – отвечал Пьер, все не поднимая глаз и не изменяя выражения задумчивого лица.
Граф нахмурился.
– Un conseil d'ami, mon cher. Decampez et au plutot, c'est tout ce que je vous dis. A bon entendeur salut! Прощайте, мой милый. Ах, да, – прокричал он ему из двери, – правда ли, что графиня попалась в лапки des saints peres de la Societe de Jesus? [Дружеский совет. Выбирайтесь скорее, вот что я вам скажу. Блажен, кто умеет слушаться!.. святых отцов Общества Иисусова?]
Пьер ничего не ответил и, нахмуренный и сердитый, каким его никогда не видали, вышел от Растопчина.

Когда он приехал домой, уже смеркалось. Человек восемь разных людей побывало у него в этот вечер. Секретарь комитета, полковник его батальона, управляющий, дворецкий и разные просители. У всех были дела до Пьера, которые он должен был разрешить. Пьер ничего не понимал, не интересовался этими делами и давал на все вопросы только такие ответы, которые бы освободили его от этих людей. Наконец, оставшись один, он распечатал и прочел письмо жены.
«Они – солдаты на батарее, князь Андрей убит… старик… Простота есть покорность богу. Страдать надо… значение всего… сопрягать надо… жена идет замуж… Забыть и понять надо…» И он, подойдя к постели, не раздеваясь повалился на нее и тотчас же заснул.
Когда он проснулся на другой день утром, дворецкий пришел доложить, что от графа Растопчина пришел нарочно посланный полицейский чиновник – узнать, уехал ли или уезжает ли граф Безухов.
Человек десять разных людей, имеющих дело до Пьера, ждали его в гостиной. Пьер поспешно оделся, и, вместо того чтобы идти к тем, которые ожидали его, он пошел на заднее крыльцо и оттуда вышел в ворота.
С тех пор и до конца московского разорения никто из домашних Безуховых, несмотря на все поиски, не видал больше Пьера и не знал, где он находился.


Ростовы до 1 го сентября, то есть до кануна вступления неприятеля в Москву, оставались в городе.
После поступления Пети в полк казаков Оболенского и отъезда его в Белую Церковь, где формировался этот полк, на графиню нашел страх. Мысль о том, что оба ее сына находятся на войне, что оба они ушли из под ее крыла, что нынче или завтра каждый из них, а может быть, и оба вместе, как три сына одной ее знакомой, могут быть убиты, в первый раз теперь, в это лето, с жестокой ясностью пришла ей в голову. Она пыталась вытребовать к себе Николая, хотела сама ехать к Пете, определить его куда нибудь в Петербурге, но и то и другое оказывалось невозможным. Петя не мог быть возвращен иначе, как вместе с полком или посредством перевода в другой действующий полк. Николай находился где то в армии и после своего последнего письма, в котором подробно описывал свою встречу с княжной Марьей, не давал о себе слуха. Графиня не спала ночей и, когда засыпала, видела во сне убитых сыновей. После многих советов и переговоров граф придумал наконец средство для успокоения графини. Он перевел Петю из полка Оболенского в полк Безухова, который формировался под Москвою. Хотя Петя и оставался в военной службе, но при этом переводе графиня имела утешенье видеть хотя одного сына у себя под крылышком и надеялась устроить своего Петю так, чтобы больше не выпускать его и записывать всегда в такие места службы, где бы он никак не мог попасть в сражение. Пока один Nicolas был в опасности, графине казалось (и она даже каялась в этом), что она любит старшего больше всех остальных детей; но когда меньшой, шалун, дурно учившийся, все ломавший в доме и всем надоевший Петя, этот курносый Петя, с своими веселыми черными глазами, свежим румянцем и чуть пробивающимся пушком на щеках, попал туда, к этим большим, страшным, жестоким мужчинам, которые там что то сражаются и что то в этом находят радостного, – тогда матери показалось, что его то она любила больше, гораздо больше всех своих детей. Чем ближе подходило то время, когда должен был вернуться в Москву ожидаемый Петя, тем более увеличивалось беспокойство графини. Она думала уже, что никогда не дождется этого счастия. Присутствие не только Сони, но и любимой Наташи, даже мужа, раздражало графиню. «Что мне за дело до них, мне никого не нужно, кроме Пети!» – думала она.
В последних числах августа Ростовы получили второе письмо от Николая. Он писал из Воронежской губернии, куда он был послан за лошадьми. Письмо это не успокоило графиню. Зная одного сына вне опасности, она еще сильнее стала тревожиться за Петю.
Несмотря на то, что уже с 20 го числа августа почти все знакомые Ростовых повыехали из Москвы, несмотря на то, что все уговаривали графиню уезжать как можно скорее, она ничего не хотела слышать об отъезде до тех пор, пока не вернется ее сокровище, обожаемый Петя. 28 августа приехал Петя. Болезненно страстная нежность, с которою мать встретила его, не понравилась шестнадцатилетнему офицеру. Несмотря на то, что мать скрыла от него свое намеренье не выпускать его теперь из под своего крылышка, Петя понял ее замыслы и, инстинктивно боясь того, чтобы с матерью не разнежничаться, не обабиться (так он думал сам с собой), он холодно обошелся с ней, избегал ее и во время своего пребывания в Москве исключительно держался общества Наташи, к которой он всегда имел особенную, почти влюбленную братскую нежность.
По обычной беспечности графа, 28 августа ничто еще не было готово для отъезда, и ожидаемые из рязанской и московской деревень подводы для подъема из дома всего имущества пришли только 30 го.
С 28 по 31 августа вся Москва была в хлопотах и движении. Каждый день в Дорогомиловскую заставу ввозили и развозили по Москве тысячи раненых в Бородинском сражении, и тысячи подвод, с жителями и имуществом, выезжали в другие заставы. Несмотря на афишки Растопчина, или независимо от них, или вследствие их, самые противоречащие и странные новости передавались по городу. Кто говорил о том, что не велено никому выезжать; кто, напротив, рассказывал, что подняли все иконы из церквей и что всех высылают насильно; кто говорил, что было еще сраженье после Бородинского, в котором разбиты французы; кто говорил, напротив, что все русское войско уничтожено; кто говорил о московском ополчении, которое пойдет с духовенством впереди на Три Горы; кто потихоньку рассказывал, что Августину не ведено выезжать, что пойманы изменники, что мужики бунтуют и грабят тех, кто выезжает, и т. п., и т. п. Но это только говорили, а в сущности, и те, которые ехали, и те, которые оставались (несмотря на то, что еще не было совета в Филях, на котором решено было оставить Москву), – все чувствовали, хотя и не выказывали этого, что Москва непременно сдана будет и что надо как можно скорее убираться самим и спасать свое имущество. Чувствовалось, что все вдруг должно разорваться и измениться, но до 1 го числа ничто еще не изменялось. Как преступник, которого ведут на казнь, знает, что вот вот он должен погибнуть, но все еще приглядывается вокруг себя и поправляет дурно надетую шапку, так и Москва невольно продолжала свою обычную жизнь, хотя знала, что близко то время погибели, когда разорвутся все те условные отношения жизни, которым привыкли покоряться.
В продолжение этих трех дней, предшествовавших пленению Москвы, все семейство Ростовых находилось в различных житейских хлопотах. Глава семейства, граф Илья Андреич, беспрестанно ездил по городу, собирая со всех сторон ходившие слухи, и дома делал общие поверхностные и торопливые распоряжения о приготовлениях к отъезду.
Графиня следила за уборкой вещей, всем была недовольна и ходила за беспрестанно убегавшим от нее Петей, ревнуя его к Наташе, с которой он проводил все время. Соня одна распоряжалась практической стороной дела: укладываньем вещей. Но Соня была особенно грустна и молчалива все это последнее время. Письмо Nicolas, в котором он упоминал о княжне Марье, вызвало в ее присутствии радостные рассуждения графини о том, как во встрече княжны Марьи с Nicolas она видела промысл божий.
– Я никогда не радовалась тогда, – сказала графиня, – когда Болконский был женихом Наташи, а я всегда желала, и у меня есть предчувствие, что Николинька женится на княжне. И как бы это хорошо было!
Соня чувствовала, что это была правда, что единственная возможность поправления дел Ростовых была женитьба на богатой и что княжна была хорошая партия. Но ей было это очень горько. Несмотря на свое горе или, может быть, именно вследствие своего горя, она на себя взяла все трудные заботы распоряжений об уборке и укладке вещей и целые дни была занята. Граф и графиня обращались к ней, когда им что нибудь нужно было приказывать. Петя и Наташа, напротив, не только не помогали родителям, но большею частью всем в доме надоедали и мешали. И целый день почти слышны были в доме их беготня, крики и беспричинный хохот. Они смеялись и радовались вовсе не оттого, что была причина их смеху; но им на душе было радостно и весело, и потому все, что ни случалось, было для них причиной радости и смеха. Пете было весело оттого, что, уехав из дома мальчиком, он вернулся (как ему говорили все) молодцом мужчиной; весело было оттого, что он дома, оттого, что он из Белой Церкви, где не скоро была надежда попасть в сраженье, попал в Москву, где на днях будут драться; и главное, весело оттого, что Наташа, настроению духа которой он всегда покорялся, была весела. Наташа же была весела потому, что она слишком долго была грустна, и теперь ничто не напоминало ей причину ее грусти, и она была здорова. Еще она была весела потому, что был человек, который ею восхищался (восхищение других была та мазь колес, которая была необходима для того, чтоб ее машина совершенно свободно двигалась), и Петя восхищался ею. Главное же, веселы они были потому, что война была под Москвой, что будут сражаться у заставы, что раздают оружие, что все бегут, уезжают куда то, что вообще происходит что то необычайное, что всегда радостно для человека, в особенности для молодого.


31 го августа, в субботу, в доме Ростовых все казалось перевернутым вверх дном. Все двери были растворены, вся мебель вынесена или переставлена, зеркала, картины сняты. В комнатах стояли сундуки, валялось сено, оберточная бумага и веревки. Мужики и дворовые, выносившие вещи, тяжелыми шагами ходили по паркету. На дворе теснились мужицкие телеги, некоторые уже уложенные верхом и увязанные, некоторые еще пустые.
Голоса и шаги огромной дворни и приехавших с подводами мужиков звучали, перекликиваясь, на дворе и в доме. Граф с утра выехал куда то. Графиня, у которой разболелась голова от суеты и шума, лежала в новой диванной с уксусными повязками на голове. Пети не было дома (он пошел к товарищу, с которым намеревался из ополченцев перейти в действующую армию). Соня присутствовала в зале при укладке хрусталя и фарфора. Наташа сидела в своей разоренной комнате на полу, между разбросанными платьями, лентами, шарфами, и, неподвижно глядя на пол, держала в руках старое бальное платье, то самое (уже старое по моде) платье, в котором она в первый раз была на петербургском бале.
Наташе совестно было ничего не делать в доме, тогда как все были так заняты, и она несколько раз с утра еще пробовала приняться за дело; но душа ее не лежала к этому делу; а она не могла и не умела делать что нибудь не от всей души, не изо всех своих сил. Она постояла над Соней при укладке фарфора, хотела помочь, но тотчас же бросила и пошла к себе укладывать свои вещи. Сначала ее веселило то, что она раздавала свои платья и ленты горничным, но потом, когда остальные все таки надо было укладывать, ей это показалось скучным.
– Дуняша, ты уложишь, голубушка? Да? Да?
И когда Дуняша охотно обещалась ей все сделать, Наташа села на пол, взяла в руки старое бальное платье и задумалась совсем не о том, что бы должно было занимать ее теперь. Из задумчивости, в которой находилась Наташа, вывел ее говор девушек в соседней девичьей и звуки их поспешных шагов из девичьей на заднее крыльцо. Наташа встала и посмотрела в окно. На улице остановился огромный поезд раненых.
Девушки, лакеи, ключница, няня, повар, кучера, форейторы, поваренки стояли у ворот, глядя на раненых.
Наташа, накинув белый носовой платок на волосы и придерживая его обеими руками за кончики, вышла на улицу.
Бывшая ключница, старушка Мавра Кузминишна, отделилась от толпы, стоявшей у ворот, и, подойдя к телеге, на которой была рогожная кибиточка, разговаривала с лежавшим в этой телеге молодым бледным офицером. Наташа подвинулась на несколько шагов и робко остановилась, продолжая придерживать свой платок и слушая то, что говорила ключница.
– Что ж, у вас, значит, никого и нет в Москве? – говорила Мавра Кузминишна. – Вам бы покойнее где на квартире… Вот бы хоть к нам. Господа уезжают.
– Не знаю, позволят ли, – слабым голосом сказал офицер. – Вон начальник… спросите, – и он указал на толстого майора, который возвращался назад по улице по ряду телег.
Наташа испуганными глазами заглянула в лицо раненого офицера и тотчас же пошла навстречу майору.
– Можно раненым у нас в доме остановиться? – спросила она.
Майор с улыбкой приложил руку к козырьку.
– Кого вам угодно, мамзель? – сказал он, суживая глаза и улыбаясь.
Наташа спокойно повторила свой вопрос, и лицо и вся манера ее, несмотря на то, что она продолжала держать свой платок за кончики, были так серьезны, что майор перестал улыбаться и, сначала задумавшись, как бы спрашивая себя, в какой степени это можно, ответил ей утвердительно.
– О, да, отчего ж, можно, – сказал он.
Наташа слегка наклонила голову и быстрыми шагами вернулась к Мавре Кузминишне, стоявшей над офицером и с жалобным участием разговаривавшей с ним.
– Можно, он сказал, можно! – шепотом сказала Наташа.
Офицер в кибиточке завернул во двор Ростовых, и десятки телег с ранеными стали, по приглашениям городских жителей, заворачивать в дворы и подъезжать к подъездам домов Поварской улицы. Наташе, видимо, поправились эти, вне обычных условий жизни, отношения с новыми людьми. Она вместе с Маврой Кузминишной старалась заворотить на свой двор как можно больше раненых.
– Надо все таки папаше доложить, – сказала Мавра Кузминишна.
– Ничего, ничего, разве не все равно! На один день мы в гостиную перейдем. Можно всю нашу половину им отдать.
– Ну, уж вы, барышня, придумаете! Да хоть и в флигеля, в холостую, к нянюшке, и то спросить надо.
– Ну, я спрошу.
Наташа побежала в дом и на цыпочках вошла в полуотворенную дверь диванной, из которой пахло уксусом и гофманскими каплями.
– Вы спите, мама?
– Ах, какой сон! – сказала, пробуждаясь, только что задремавшая графиня.
– Мама, голубчик, – сказала Наташа, становясь на колени перед матерью и близко приставляя свое лицо к ее лицу. – Виновата, простите, никогда не буду, я вас разбудила. Меня Мавра Кузминишна послала, тут раненых привезли, офицеров, позволите? А им некуда деваться; я знаю, что вы позволите… – говорила она быстро, не переводя духа.
– Какие офицеры? Кого привезли? Ничего не понимаю, – сказала графиня.
Наташа засмеялась, графиня тоже слабо улыбалась.
– Я знала, что вы позволите… так я так и скажу. – И Наташа, поцеловав мать, встала и пошла к двери.
В зале она встретила отца, с дурными известиями возвратившегося домой.
– Досиделись мы! – с невольной досадой сказал граф. – И клуб закрыт, и полиция выходит.
– Папа, ничего, что я раненых пригласила в дом? – сказала ему Наташа.
– Разумеется, ничего, – рассеянно сказал граф. – Не в том дело, а теперь прошу, чтобы пустяками не заниматься, а помогать укладывать и ехать, ехать, ехать завтра… – И граф передал дворецкому и людям то же приказание. За обедом вернувшийся Петя рассказывал свои новости.
Он говорил, что нынче народ разбирал оружие в Кремле, что в афише Растопчина хотя и сказано, что он клич кликнет дня за два, но что уж сделано распоряжение наверное о том, чтобы завтра весь народ шел на Три Горы с оружием, и что там будет большое сражение.
Графиня с робким ужасом посматривала на веселое, разгоряченное лицо своего сына в то время, как он говорил это. Она знала, что ежели она скажет слово о том, что она просит Петю не ходить на это сражение (она знала, что он радуется этому предстоящему сражению), то он скажет что нибудь о мужчинах, о чести, об отечестве, – что нибудь такое бессмысленное, мужское, упрямое, против чего нельзя возражать, и дело будет испорчено, и поэтому, надеясь устроить так, чтобы уехать до этого и взять с собой Петю, как защитника и покровителя, она ничего не сказала Пете, а после обеда призвала графа и со слезами умоляла его увезти ее скорее, в эту же ночь, если возможно. С женской, невольной хитростью любви, она, до сих пор выказывавшая совершенное бесстрашие, говорила, что она умрет от страха, ежели не уедут нынче ночью. Она, не притворяясь, боялась теперь всего.